Ответ на возражение 5. Свойство Отца, в силу которого Он не происходит от другого [Лица], более определенно обозначается через противоположность рождаемости Сына, чем через противоположность исхождению Святого Духа, как потому, что исхождение Святого Духа не имеет специального наименования, как было указано выше (27, 4), так и потому что в естественном порядке оно предполагает рождение Сына. Поэтому из отрицания рождаемости Отца при том, что Он есть начало рождения, следует, что Он не происходит от Святого Духа, так как Святой Дух не есть начало рождения, но исходит от Лица рожденного.
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что Слово в Боге не является именем Лица, поскольку имена лиц употребляются по отношению к Богу как собственные, например Отец и Сын. Но имя Слово употребляется по отношению к Богу метафорически, как говорит Ориген по поводу [сказанного в Писании]: «В начале было Слово» (Ин. 1:1). Поэтому имя Слово не является именем лица в Боге.
Возражение 2. Далее, согласно Августину, «Слово есть знание, сопряженное с любовью»[503], а согласно Ансельму «сказывать для высшего Духа значит не что иное, как видеть мыслью»[504]. Однако знание, мысль и видение суть термины сущности в Боге. Следовательно, имя Слово должно употребляться как термин сущности в Боге, а не в смысле Лица.
Возражение 3. Далее, к сущности слова принадлежит сказываться. Но согласно Ансельму, коль скоро и Отец, и Сын, и Святой Дух обладают разумением, и Отец, и Сын, и Святой Дух сказывают [нечто о Себе], и в равной степени каждый из Них может сказываться [о двух других Лицах][505]. Поэтому имя Слово употребляется как термин сущности в Боге, а не в смысле Лица.
Возражение 4. Кроме того, никакая божественная Личность не сотворена. Но Слово Бога есть нечто сотворенное. Ибо сказано: «Огонь и град, снег и туман, бурный ветер, исполняющий слово Его» (Пс. 148:8). Поэтому Слово не является именем лица в Боге.
Этому противоречат слова Августина: «То же, что Сын для Отца, то же и Слово для Него, Чье Слово Он и есть»[506]. Но Сын есть имя Лица, поскольку оно употребляется в относительном смысле. Следовательно, это же можно сказать и о Слове.
Отвечаю: имя Слово в Боге в собственном смысле есть имя Лица, а не сущности.
Чтобы уяснить это, мы должны указать, что наше слово в собственном смысле имеет три значения, и еще четвертое, когда оно употребляется в несобственном смысле, или фигуративно. Наиболее понятное и употребимое значение то, когда говорится о слове, произносимом голосом. В этом значении оно имеет внутренний источник в том, что касается двух моментов, имеющихся во внешнем слове, а именно: произносимый звук как таковой и значение звука. Ибо, согласно Философу, произносимый звук обозначает понятие ума[507]. Далее, произносимый звук берет свое начало в значении или воображении, как сказано в книге душе»[508]. Произносимый звук, который не имеет значения, не может быть назван словом, из чего следует, что внешний произносимый звук называется словом постольку, поскольку обозначает внутреннее представление в душе. Следовательно, словом называется первично и главным образом внутреннее представление в душе, а уже вторично – произносимый звук как таковой, служащий обозначением внутреннего представления, и, наконец, в-третьих, образ произносимого звука.