Ответ на возражение 2. Для того, чтобы утвердить точку зрения, разум может действовать двумя способами: во-первых, с целью приведения достаточного доказательства некоторого принципа, как в естественной науке, когда, например, приводится достаточное доказательство движения небесных тел с одинаковой скоростью. Другой способ использования разума [заключается] не в подыскивании достаточного доказательства определенного принципа, но в подтверждении уже установившегося принципа посредством указания на результаты его применения, как в астрологии теория эксцентриков и эпициклов считается подтвержденной, поскольку она объясняет видимое движение небесных тел. При этом, однако, данное доказательство не является достаточным, поскольку такое объяснение могла бы предоставить и другая теория. Первым способом мы можем доказать, что Бог один и т. п. Доводы второго рода позволяют делать утверждения о Троице. В этом случае доказательства, если мы признаем их истинными, лишь подтверждают наше знание. Однако не следует думать, что такого рода доказательства соотвествуют Троице. Это станет очевидным, если мы рассмотрим все утверждения. Бесконечная благость Божия проявляется также в творении, ибо творение из ничего есть акт бесконечного могущества. Ведь если Бог сообщает Себя вследствие Своей бесконечной благости, то вовсе не является необходимым, чтобы бесконечное следствие исходило от Бога. Но в силу собственного модуса и способности оно принимает божественную благость. Подобным же образом, если говорится, что радость от обладания хорошей вещью требует того, чтобы ее с кем-либо разделить, это верно в том случае, когда речь идет о ком-то, кто не обладает совершенной благостью. Отсюда возникает нужда в том, чтобы разделить благо и тем самым обрести благо полноты счастья. Также образ в нашей душе не является соответствующим свидетельством о познании Бога, ибо человеческий ум и ум Бога не суть одно и то же. Поэтому Августин говорит, что через веру мы приходим к знанию, но не наоборот[489].
Ответ на возражение 3. Знание божественных Лиц необходимо для нас по двум причинам. Оно необходимо для правильного понимания творения. Слова о том, что Бог создал все вещи с помощью Своего Слова исключает ошибку тех, кто говорит, что Бог создал вещи по необходимости. Когда мы говорим о происхождении любви в Боге, мы тем самым утверждаем, что Бог создал тварей не потому, что нуждался в них или же по какой-то другой сокрытой причине, но – по Своей любви и благости. Поэтому Моисей, сказав: «В начале сотворил Бог небо и землю», – прибавил: «И сказал Бог: да будет свет», – как доказательство божественной любви. То же самое можно найти в других местах, где говорится о сотворении мира. Это дает верное направление нашим мыслям о спасении человеческого рода, совершенном воплощенным Сыном и дарованным Святым Духом.
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что в Боге нет никаких понятий. Ведь сказал же Дионисий: «Мы не дерзаем не только сказать, но и помыслить что-либо вопреки тому, что нам боговидно возвещено в Священном Писании»[490]. Но в Священном Писании ничего не сказано о понятиях. Следовательно, понятиям нет места в Боге.
Возражение 2. Далее, все существующее в Боге относится либо к единству сущности, либо к Троице божественных Лиц. Но понятия не имеют отношения ни к единству сущности, ни к Троице, поскольку ничто из того, что принадлежит к сущности, не может выступать предикатом понятий. Например, мы не можем сказать, что Богоотцовство обладает мудростью или создает. То же можно сказать и о Лицах. Например, мы ведь не можем сказать, что Богоотцовство порождает и что Богосыновство порождается. Следовательно, в Боге нет никаких понятий.
Возражение 3. Далее, познание вещей, которые лишены сложности, не предполагает никаких абстрактных понятий или начал, ибо они узнаются сами через себя. Но Лицам божества присуща высшая простота. Следовательно, нельзя предполагать какие-либо понятия в Боге.
Этому противоречит сказанное Дамаскином: «Мы распознаем различие ипостасей (т. е. Лиц) по трем свойствам: отцовство, сыновство и исхождение»[491]. Следовательно, мы должны допустить свойства и понятия в Боге.
Отвечаю: Препозитивус, рассуждая о простоте божественных Лиц, сказал, что в Боге нет свойств и понятий, а там, где они упоминаются, по его мнению, за абстрактным следует видеть конкретное. И подобно тому как мы говорим: «Взываю к Вашей доброте», – и при этом имеем в виду: «К Вам, ибо Вы славитесь своею добротой», так и когда мы говорим об отцовстве в Боге, мы имеем в виду Бога Отца.
