Отвечаю: хотя относительно данного вопроса мнения расходятся, ибо одни полагают, что ангелы были созданы только в природном состоянии, тогда как другие убеждены, что они были созданы также и в благодати, все же представляется более вероятным и сообразным с высказываниями большинства святых учителей, что они были сотворены в святости благодати. В самом деле, мы видим, что все вещи, изначально созданные действием Бога и производимые в надлежащее время трудами божественного Провидения, в своем первом видообразовании выступают как своего рода семяподобные формы, например деревья, животные и тому подобное, о чем говорил и Августин[261]. Далее, очевидно, что отношение такой семяподобной формы в природе к своему естественному следствию подобно отношению святости благодати к блаженству, по каковой причине благодать названа «семенем» Бога (1 Ин. 3:9). И так как, согласно Августину, такие семяподобные формы всех естественных следствий были всеяны в созданное при сотворении телесности, то, следовательно, сразу же от своего начала ангелы были сотворены в благодати.
Ответ на возражение 1. Такое отсутствие формы в ангелах может быть понято либо с точки зрения их оформленности в славе, и в этом случае отсутствие оформленности по времени предшествовало оформлению, либо же с точки зрения их оформленности в благодати, и тогда оно предшествовало не в порядке времени, а в порядке природы в том же самом смысле, в каком говорит Августин, рассуждая об оформлении телесных вещей[262].
Ответ на возражение 2. Модус природы субъекта первичнее формы, уклоняющей субъект. Но то, что свободно склоняемо к объектам желания, суть модус умной природы. Следовательно, движение благодати не налагает необходимости, и удостоенный благодати может утратить способность пользоваться ею, а потому и грешить.
Ответ на возражение 3. Хотя в порядке природы благодать находится между природой и славой, однако в порядке времени в сотворенной природе слава не одновременна с природой, поскольку слава – цель действий природы, поддерживаемой благодатью. Благодать же не является целью действий, поскольку она, будучи началом надлежащего действия, сама вне каких-либо действий. Поэтому ничто не препятствует тому, чтобы благодать была дарована одновременно с природой.
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что ангел не заслужил своего блаженства. В самом деле, заслуга есть результат преодоления трудностей при похвальном деянии. Но ангел, действуя надлежащим образом, не испытывал никаких затруднений. Следовательно, его надлежащее действие не является основанием для заслуги.
Возражение 2. Далее, действуя согласно природе, мы не удостаиваемся заслуги. Но обращение к Богу естественно для ангела. Следовательно, этим он никак не мог заслужить блаженства.
Возражение 3. Далее, если удостоенный блаженства ангел заслужил это блаженство, то он сделал это либо прежде обретения блаженства, либо после. Но этого не случилось прежде, поскольку, по мнению многих, [в этом случае] он не имел бы той благодати, с помощью которой мог бы заслужить блаженство. Но он не заслужил его и впоследствии, поскольку тогда бы он заслуживал его и теперь, каковое мнение очевидным образом ложно, ибо в этом случае низший ангел мог бы заслужить повышение в чине, и существующие степени благодати не были бы постоянны, что невозможно. Следовательно, ангел не заслужил своего блаженства.
Этому противоречит сказанное [в Писании о том], что «мера ангела» в небесном Иерусалиме является и «мерою человека» (Откр. 21:17). Поэтому сказанное [о человеке] относится и к ангелу
Отвечаю: совершенное блаженство по природе принадлежит одному только Богу, поскольку в Нем бытие и блаженство суть одно и то же. Что же касается блаженства твари, то оно не принадлежит ей по природе, а является ее целью. Далее, конечная цель достигается в результате деятельности, причем в том случае, когда цель находится в пределах досягаемости сил действователя, такая ведущая к цели деятельность сама производит цель (как искусство врачевания производит здоровье), в противном случае, т. е. когда цель находится вне пределов досягаемости сил стремящегося к ней, цель надобно заслужить, поскольку она должна быть дарована кем-то другим. Но из уже сказанного ранее (12, 5) очевидно, что совершенное блаженство превышает возможности ангельской и человеческой природ. Это означает, что человек и ангел должны заслужить это блаженство.
Таким образом, если ангел был сотворен в благодати, без которой нет никаких заслуг, ничто не препятствует говорить, что он заслужил блаженство, равно как и говорить, что так или иначе он обладал благодатью прежде, чем обрел славу.
