Отвечаю: собственным актом свободной воли является выбор; в самом деле, мы говорим, что обладаем свободой воли постольку, поскольку вольны избирать одно и отвергать другое, а это и означает осуществлять выбор. Поэтому природу свободной воли мы можем понять через природу выбора. Выбор же имеет отношение как к познающей силе, так и к желающей. Со стороны познающей силы нам требуется суждение, благодаря которому одну вещь мы предпочитаем другой, а со стороны желающей силы нам требуется приятие вынесенного суждения. Поэтому Аристотель и сомневается в том, принадлежит ли выбор преимущественно желающей или же познающей силе, почему и говорит, что выбор – это «или желающий ум, или же осмысленное желание»[195]. Однако он все же склоняется к тому, что выбор есть скорее осмысленное желание, поскольку описывает его как «желание, проистекающее из суждения»[196]. Причина этого заключается в том, что объектами выбора являются средства к цели, которые сами по себе имеют природу блага, называемого практическим, и так как благо как таковое является объектом желания, то из этого следует, что выбор является преимущественно актом желающей силы. А потому и свободная воля – это желающая сила.
Ответ на возражение 1. Желающие силы сопутствуют восприятию, и именно это имеет в виду Дамаскин, когда говорит, что свободная воля неизменно сопутствует разумной силе.
Ответ на возражение 2. Во всяком суждении присутствует решение. Принимается же решение, во-первых, на основании суждения разума, и, во-вторых, на основании одобрения желания, по каковой причине Философ говорит, что «приняв решение, мы выносим суждение, и тогда согласуем наши желания с решением»[197]. И в этом смысле выбор как таковой есть суждение, к которому нас отсылает имя свободной воли.
Ответ на возражение 3. То сравнение, которое подразумевает выбор, относится к предваряющему выбор суждению, которое, действительно, является актом разума. В самом деле, хотя [например] желание и не осуществляет сравнения, тем не менее, коль скоро оно приводится в движение силой восприятия, которая осуществляет сравнение, в нем также присутствует некое подобие сравнения, проявляющееся в предпочтении одного другому.
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что свободная воля – это сила, отличная от воли. В самом деле, Дамаскин проводит различие между [понятиями] «thelesis» и «bulesis»[198]. Но если под «thelesis» он разумеет волю, то под «bulesis», похоже, свободную волю, поскольку говорит, что «bulesis» – это воля, связанная с объектом через посредство выбора между двумя вещами. Поэтому кажется, что свободная воля – это сила, отличная от воли.
Возражение 2. Далее, силы познаются через их акты. Но выбор, который является актом свободной воли, отличается от акта воли, поскольку «если акт воли направлен на цель, то выбор имеет дело со средствами к цели»[199]. Следовательно, свободная воля является силой, отличной от воли.
Возражение 3. Далее, воля – это умственное желание. Но в уме наличествует две силы – активная и пассивная. Следовательно, и со стороны умственного желания должна иметься еще одна сила помимо воли. А это, по-видимому, и есть свободная воля. Следовательно, свободная воля является отличной от воли силой.
Этому противоречит сказанное Дамаскином о том, что свободная воля есть то же, что и воля[200].
