Возражение 4. Кроме того, змей является неразумным животным. Но неразумное животное не имеет ничего общего с мудростью, речью и наказанием. Следовательно, о змее неправильно сказано, что он «был хитрее всех зверей полевых» (Быт. 3:1), или, согласно другой версии, что он «был разумнее всех зверей»[590]; и точно так же ошибочно утверждать, будто бы он говорил с женой и был наказан Богом.
Этому противоречит то, что первое в любом роде должно быть соразмерным всему, что ему в этом роде последует. Но в грехе любого вида мы обнаруживаем тот же самый порядок, что и в первом искушении. В самом деле, как говорит Августин, его началом является вожделение греха в чувственности, которая обозначена змеем, затем посредством удовольствия он простирается на низший разум, который обозначен женой, и [наконец] посредством согласия на грех достигает высшего разума, который обозначен мужем[591]. Следовательно, порядок первого искушения является надлежащим.
Отвечаю: человек составлен из двоякой природы, умственной и чувственной. Поэтому дьявол, искушая человека, прибёг к двоякому побуждению к греху: со стороны ума, пообещав божественное уподобление через посредство обретения знания, к которому человек стремится от природы, и со стороны чувства. Для этого он использовал те чувственные вещи, которые наиболее близки человеку, отчасти искушая мужа через жену, которая близка ему со стороны общего им вида, отчасти искушая жену через змея, который близок ей со стороны общего им рода, отчасти предлагая вкусить запретный плод, который близок им со стороны ближайшего рода.
Ответ на возражение 1. При искушении дьявол являлся главным действователем, тогда как жена использовалась им в качестве орудия искушения, с помощью которого он причинил грехопадение мужа. Последнее имело место как потому, что жена была слабее мужа, вследствие чего была в большей степени расположена к тому, чтобы быть обманутой, так и потому, что по причине её союза с мужем дьяволу было легче всего обмануть мужа через её посредство. Однако главный действователь и его орудие – это совсем не одно и то же. В самом деле, главный действователь должен обладать превосходством в силе, тогда как от инструментального действователя ничего такого не требуется.
Ответ на возражение 2. Тот совет, посредством которого дьявол духовно что-либо советует человеку, в большей степени обнаруживает власть дьявола над человеком, чем совет, даваемый извне, поскольку при внутреннем наущении дьявол привносит изменение в воображение человека, тогда как при внешнем наущении изменение производится только во внешней твари. Однако до грехопадения власть дьявола над человеком была ничтожна, и потому он мог искушать его только посредством внешнего наущения, но никак не посредством внутреннего совета.
Ответ на возражение 3. Как пишет Августин, «мы не должны думать, что дьявол сам избрал змея, с помощью которого он искусил и склонил к греху. Ведь хотя в нём и было желание обольстить, однако сделать это он мог только при посредстве того животного, через которое ему было попущено совершить обольщение»[592].
Ответ на возражение 4. По словам Августина, «хитрейшим из всех зверей змей назван по причине дьявольской хитрости, которая в нём и от него производила коварство, подобно тому, как благоразумным или хитрым называется язык, которым движет благоразумный или хитрый человек, чтобы благоразумно или хитро убедить»[593]. Змей, конечно же, «не понимал тех словесных звуков, которые слышала от него жена. Ибо немыслимо, чтобы его душа была превращена в разумную природу, так как и сами люди, хотя природа их и разумна, не знают, что говорят, когда в них говорит демон»[594]. Поэтому «змей говорил с человеком подобно тому, как говорила с человеком ослица, на которой сидел Валаам, но только первое было действием дьявольским, а последнее – ангельским»[595]. И при этом «у змея не спрашивается, почему он так сделал, поскольку он сделал это не по своей природе и не по своей воле, но от него, через него и в нём действовал дьявол, который по причине греха нечестия и гордости уже предназначен был вечному огню. Отсюда понятно, что сказанное змею было адресовано тому, кто действовал через змея»[596].
