Ответ на возражение 4. Все упомянутые в Священном Писании блаженства сводятся к этим [семи] или со стороны добродетели, или со стороны награды, поскольку все они относятся или к деятельной, или к созерцательной жизни. Таким образом, когда мы читаем: «Блажен человек, которого вразумляет Бог», то должны относить это к блаженству плача, когда читаем: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых», то должны относить это к чистоте сердца, а когда читаем: «Блажен человек, который снискал мудрость», то это следует относить к награде седьмого блаженства. То же самое можно сказать и обо всех других упоминаемых блаженствах.
Ответ на возражение 5. Восьмое блаженство является подтверждением и засвидетельствованием всех предшествующих. В самом деле, если человек утвержден в нищете духа, кротости и всем остальном, то в таком случае очевидно, что ни какие гонения не принудят его отречься от них. Поэтому восьмое блаженство должно приписывать предшествующим семи.
Ответ на возражение 6. Лука рассказывает нам о проповеди Господа как об обращенной к большому числу народа (Лк. 6:17). В связи с этим он устанавливает блаженства таким образом, чтобы они были понятны толпе, которой неведомы иные наслаждения, помимо преходящих и земных, а с помощью этих четырех блаженств Господь как раз и исключает те четыре вещи, которые связаны с такого рода счастьем. Первая из них – это изобилие внешних благ, на пренебрежение к которым указывается словами: «Блаженны нищие». Вторая – это благо человека со стороны его тела, которое заключается в пище, питье и т. п., на пренебрежение к которому указывается словами: «Блаженны алчущие ныне». Третья – это то благо человека, которое называют «весельем сердца», на пренебрежение к которому указывается словами: «Блаженны плачущие ныне». Четвертая – это польза от внешнего покровительства, на пренебрежение к которой указывается словами: «Блаженны вы, когда возненавидят вас люди». А Амвросий, комментируя [приведенный текст из евангелия от] Луки, говорит: «Нищета соответствует благоразумию, которое не движется наслаждениями; голод – правосудности, поскольку алчущий сострадателен и, сострадая, отдает; плач – рассудительности, которая оплакивает все преходящее; стойкость перед лицом людской злобы – мужеству».
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что награды блаженств перечислены неправильно. В самом деле, Царство небесное, каковое суть жизнь вечная, заключает в себе все блага. Следовательно, если даруется Царство небесное, то не должно говорить ни о какой другой награде.
Возражение 2. Далее, Царство небесное указано как награда первого и восьмого блаженств. Следовательно, на том же основании его надлежит полагать наградой и всех остальных.
Возражение 3. Далее, блаженства, как указывает Августин, установлены в порядке возрастания, тогда как награды, похоже, установлены в порядке убывания, поскольку «наследование земли» является меньшей наградой, нежели «Царство небесное». Следовательно, награды перечислены неправильно.
Этому противоречит авторитет Господа, Который сообщил нам об этих наградах.
Отвечаю: упомянутые награды перечислены абсолютно правильно, в чем нетрудно убедиться, если соотнести природу блаженств с тремя вышеуказанными видами счастья (3). В самом деле, первые три блаженства касаются устранения человека от тех вещей, в которых состоит чувственное счастье, каковое счастье человек чает обрести, ища объекты своих природных желаний не там, где должен искать, а именно в Боге, но – во временных и преходящих вещах. Поэтому награды первых трех блаженств приписываются тем вещам, на которые некоторые люди рассчитывают с точки зрения земного блаженства. Так, люди ищут в таких внешних вещах, как богатство и почести, то превосходство и изобилие, которое в полной мере будет присутствовать в Царстве небесном и посредством которого человек достигнет превосходства и изобилия благих вещей в Боге. Поэтому Господь обещает Царство небесное нищим духом. Далее, жестокие и безжалостные люди стремятся путем борьбы и вражды уничтожить своих врагов ради обеспечения личной безопасности. Поэтому Господь обещает кротким безопасное и мирное владение землей, которая обозначает не что иное, как твердую незыблемость вечных благ. Далее, люди ищут утешения от тягот нынешней жизни в мирских наслаждениях и утехах. Поэтому Господь обещает утешение плачущим.
