Отвечаю: как уже было сказано (1), жертва предлагается для обозначения чего-то еще. Затем, предлагаемая внешне жертва обозначает внутреннюю духовную жертву, посредством которой душа предоставляет себя Богу, согласно сказанному [в Писании]: «Жертва Богу – дух сокрушенный» (Пс. 50:19), поскольку, как было показано выше (81, 7; 84, 2), внешние акты религии определены к внутренним актам. Опять-таки, душа предлагает себя в жертву Богу как началу её сотворения и цели её блаженства, поскольку согласно истинной вере (и это было доказано нами выше) один только Бог является Творцом наших душ (I, 90, 3; 118, 2) и только с Ним одним связано их счастье (II-I, 1, 8; 2, 8; 3, 1, 7, 8). Поэтому как одному только Богу мы должны предлагать духовную жертву, точно так же только Ему одному мы должны предлагать и все внешние жертвы (ведь, по словам Августина, «молясь и славословя, мы обращаемся со словами к Тому, Кому приносим свои сердечные чувства, обозначаемые этими словами»[493]). Кроме того, мы видим, что в любой стране люди имеют обыкновение демонстрировать своему суверену некоторые особые знаки почтения, а если они демонстрируют их кому-то другому, то это считается государственной изменой. Поэтому божественный Закон предусматривает наказание смертью тому, кто оказывает божественные почести кому-либо помимо Бога.
Ответ на возражение 1. Божественность усваивается некоторым не так, как Богу, а по причастности, и потому им нельзя оказывать почести наравне [с Богом].
Ответ на возражение 2. Предложенная жертва измеряется не ценностью убитого животного, а тем, что она означает, а именно то, что она принесена в честь наивысшего Правителя всей вселенной. Поэтому, по словам Августина, «демоны находят удовольствие не в трупном смраде, а в божеских почестях»[494].
Ответ на возражение 3. Как говорит Августин, «мы не воздвигаем храмов мученикам и не устанавливаем им жертвоприношений, поскольку не их самих, а их Бога считаем своим Богом. Поэтому священник не говорит: «Тебе, Петр или Павел, приношу жертву». Но мы благодарим Бога за их победу и побуждаем самих себя к подражанию им»[495].
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что предложение жертвы не является особым актом добродетели. Так, Августин говорит, что «истинною жертвою бывает всякое дело, которое совершается нами из желания быть в святом общении с Богом»[496]. Но не всякое доброе дело является особым актом той или иной конкретной добродетели. Следовательно, предложение жертвы не является особым актом конкретной добродетели.
Возражение 2. Далее, умерщвление плоти посредством поста принадлежит воздержанности, посредством воздержания – целомудрию, посредством мученичества – мужеству. Но все это, похоже, является частью предложения жертвы, согласно сказанному [в Писании]: «Представьте тела ваши в жертву живую» (Рим. 12:1). А ещё апостол говорит: «Не забывайте также благотворения и общительности, ибо таковые жертвы благоугодны Богу» (Евр. 13:16). Но благотворение и общительность принадлежат любви, милосердию и щедрости. Следовательно, предложение жертвы не является особым актом конкретной добродетели.
Возражение 3. Далее, жертва, безусловно, есть предложение чего-либо Богу. Но Богу предлагают множество вещей, например набожность, молитвы, десятины, начатки, приношения и всесожжения. Следовательно, похоже на то, что жертва не является особым актом конкретной добродетели.
Этому противоречит следующее: Закон, как это явствует из первых [глав книги] «Левит», содержит особые предписания, касающиеся жертв.
Отвечаю: нами уже было сказано (II-I, 18, 6) о том, что если акт одной добродетели определен к цели другой добродетели, то тогда он оказывается некоторым образом причастен её виду;
так, когда человек ворует ради прелюбодеяния, его воровство в определенном смысле является пороком блуда, и потому даже если бы оно само по себе не было грехом, оно все равно было бы им только потому, что определено к прелюбодеянию. И то же самое можно сказать о жертве, которая, коль скоро она предлагается из почтения к Богу, является особым заслуживающим награды актом и принадлежит конкретной добродетели, а именно религии. Но подчас акты других добродетелей тоже бывают определены к почитанию Бога, как когда человек подает милостыню ради Бога или когда он претерпевает те или иные телесные страдания из почтения к Богу, и тогда такие акты других добродетелей тоже могут быть названы жертвами. С другой стороны, есть акты, которые не заслуживают награды иначе, как только в том случае, когда они произведены из почтения к Богу, и такие акты называются жертвами в строгом смысле этого слова и принадлежат добродетели религии.
