Возражение 1. Кажется, что благодать по навыку не последовала соединению. В самом деле, ничто не последует самому себе. Но похоже, что благодать по навыку есть то же, что и благодать соединения, поскольку, по словам Августина, «каждый христианин от начала своей веры является таковым по той же самой благодати, по которой тот Человек от начала Своей жизни сделался Христом»[131], а между тем первая из двух [благодатей] является благодатью по навыку, а вторая – благодатью соединения. Следовательно, похоже, что благодать по навыку не последовала соединению.
Возражение 2. Далее, расположение предшествует совершенству – если не по времени, то, по крайней мере, в мысли. Но благодать по навыку, похоже, является расположением человеческой природы к личностному соединению. Следовательно, похоже, что благодать по навыку не последовала, а, скорее, предшествовала соединению.
Возражение 3. Далее, общее предшествует свойственному. Но благодать по навыку обща Христу и другим людям, тогда как благодать соединения свойственная [именно] Христу. Таким образом, благодать по навыку логически предшествует соединению. Следовательно, она ему не последует
Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Вот, Отрок Мой, Которого Я держу за руку…», и далее: «Положу Дух Мой на Него» (Ис. 42:1), каковые слова относятся к дару благодати по навыку. Таким образом, из этого следует, что принятие человеческой природы в единство Лица предшествовало благодати по навыку Христа.
Отвечаю: соединение человеческой природы с божественным Лицом, которое, как было показано выше (2, 10; 6, 6), является благодатью соединения, предшествует благодати по навыку Христа не в порядке времени, а по природе и в мысли, в подтверждение чего можно привести три аргумента. Первый из них основан на порядке их начал. В самом деле, началом соединения является принявшее человеческую природу Лицо Сына, о Котором сказано, что Он был послан в мир, постольку, поскольку Он принял человеческую природу, в то время как началом благодати по навыку, которая даруется с горней любовью, является Святой Дух, о Котором сказано, что Он послан, постольку, поскольку Он пребывает в уме посредством горней любви. Но миссия Сына в порядке природы предшествует миссии Святого Духа, равно как и в порядке природы Святой Дух исходит от Сына, а любовь – от мудрости. Следовательно, личностное соединение, согласно которому имела место миссия Сына, предшествует в порядке природы благодати по навыку, согласно которой имеет место миссия Святого Духа.
Второй аргумент в пользу такого порядка основан на отношении благодати к ее причине. В самом деле, благодать в человеке обусловливается присутствием Божества подобно тому, как свет в воздухе обусловливается присутствием солнца, в связи с чем [в Писании] сказано: «Слава Бога Израилева шла от востока… И земля осветилась от славы Его» (Иез. 43:2). Но присутствие Бога в Христе обусловливалась соединением человеческой природы с божественным Лицом. Поэтому благодать по навыку Христа надлежит понимать как последующую этому соединению подобно тому, как свет последует солнцу.
Третий аргумент в пользу этого основан на цели благодати, поскольку она определена к правому деянию, а деяние принадлежит «подлежащему» и индивиду. Поэтому деяние, а вслед за ним и благодать, определено к тому, что предполагает деятельную ипостась. Но ипостаси, как это явствует из вышесказанного (4, 2), в человеческой природе до соединения не существовало. Следовательно, благодать соединения логически предшествует благодати по навыку.
Ответ на возражение 1. Августин в настоящем случае под благодатью разумеет благодатно дарующую волю Божию. Поэтому он и говорит, что любой человек является христианином по той же самой благодати, по которой Человек стал Христом – ведь то и другое происходит благодаря благодатно дарующей воле Божией без каких бы то ни было предшествующих заслуг.
Ответ на возражение 2. Подобно тому, как в том, что совершенствуется постепенно, расположение в порядке порождения предшествует совершенству, к которому оно располагает, точно так же оно по природе последует уже имеющемуся совершенству; так, теплота, которая была расположением к форме огня, проистекает как следствие из уже существующего огня. Но человеческая природа в Христе соединилась с Лицом Слова не постепенно, а изначально. Таким образом, благодать по навыку мыслится не как предшествующая соединению, а как последующая ему в качестве [своего рода] естественного свойства. Поэтому Августин говорит, что «благодать была некоторым образом естественной для Человека Христа»[132].
