Этому противоречит следующее: Господь сравнивает Себя не только с зерном пшеницы, но и с виноградной лозой, когда говорит: «Я есмь истинная виноградная лоза» (Ин. 15:1). Но мы уже показали (3), что материей этого таинства является только пшеничный хлеб. Следовательно, надлежащей материей этого таинства является только виноградное вино.
Отвечаю: это таинство может быть совершено только с виноградным вином. Во-первых, по причине учреждения Христа, Который установил это таинство в виноградном вине, как явствует из слов, сказанных Им самим при учреждении этого таинства: «Отныне не буду пить от плода сего виноградного» (Мф. 26:29). Во-вторых, потому, что в качестве материи таинств, как мы уже показали (3), выбирается то, что всеми и в собственном смысле слова считается таковым. Но вином приято называть именно виноградное вино, тогда как другие спиртные напитки называют вином в силу их схожести с вином виноградным. В-третьих, потому, что виноградное вино больше всего соответствует духовности следствия этого таинства, в связи с чем читаем: «Вино, которое веселит сердце человека» (Пс. 103:15).
Ответ на возражение 1. Такие спиртные напитки называют вином не в прямом смысле слова, а по причине их схожести с вином. При этом настоящее вино может быть доставлено в те страны, в которых не растет виноград, в достаточном количестве для этого таинства.
Ответ на возражение 2. Вино становится уксусом в результате порчи, и потому, как говорит Философ, обратного изменения уксуса в вино не происходит. Следовательно, подобно тому, как это таинство не может быть сделано из полностью испортившегося хлеба, точно так же оно не может быть сделано и из уксуса. Однако его можно сделать из подкисающего вина, равно как и из начавшего портиться хлеба, хотя, как уже было сказано (3), поступающий так грешит.
Ответ на возражение 3. Сок из недозрелого винограда находится в стадии незавершенного порождения и потому еще не имеет вида вина, по каковой причине его нельзя использовать для этого таинства. Что же касается сусла, то оно уже обладает видом вина, поскольку его сладость указывает на брожение, которое является следствием естественной теплоты, и потому это таинство может делаться из сусла. Что же касается целых виноградин, то смешивать их с этим таинством нельзя, поскольку в этом случае в нем будет присутствовать нечто помимо вина. Кроме того, не следует наливать в потир только что отжатое из винограда сусло, поскольку в нем содержится много примесей, хотя в экстренных случаях допускается и это, в связи с чем папа Юлий далее продолжает: «В случае необходимости пусть отжимают виноград в чашу».
С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что вино нельзя разбавлять водой, поскольку жертва Христа была предвозвещена приношением Мельхиседека, о котором сказано, что он вынес только хлеб и вино (Быт. 14:18). Следовательно, похоже, что в этом таинстве нельзя добавлять воду
Возражение 2. Далее, у каждого таинства есть своя, соответствующая ему материя. Но вода – это материя крещения. Следовательно, ее нельзя использовать в качестве материи этого таинства.
Возражение 3. Далее, материей этого таинства являются хлеб и вино. Но к хлебу ничего не добавляют. Следовательно, ничего нельзя добавлять и к вину.
Этому противоречат следующие слова папы Александра Ï «Что касается приношений таинства, которые во время мессы предлагаются Господу, то в жертву надлежит предлагать только хлеб и смешанное с водою вино».
Отвечаю: воду надлежит смешивать с предлагаемым в этом таинстве вином. Во-первых, по причине учреждения, поскольку есть все основания полагать, что Господь, следуя обычаям той страны, установил это таинство в разбавленном водою вине, в связи с чем читаем: «Пейте вино, мною растворенное» (Прит. 9:5). Во-вторых, потому, что это сообразуется со страстями нашего Господа, в связи с чем папа Александр I говорит: «В чаше Господней не должно предлагать ни одно вино, ни одну воду, но то и другое вместе, поскольку нам сказано, что то и другое истекло из Его бока во время Страстей». В-третьих, потому, что это должным образом обозначает следствие этого таинства, в связи с чем папа Юлий говорит: «Мы видим, что люди обозначены водой, а кровь Христова – вином. Поэтому когда в чаше вода смешивается с вином, люди делаются едиными с Христом». В-четвертых, потому, что это соответствует четвертому следствию этого таинства, а именно вступлению в жизнь вечную, в связи с чем Амвросий говорит: «Вода стекает в потир и течет к жизни вечной».
