Этому противоречит следующее: Августин, комментируя слова [Писания]: «Я не знал Его» (Ин. 1:31), говорит: «Он не знал, что Господь, обладая властью крестить,… пожелает оставить ее Себе»[47]. Но Иоанн не пребывал бы в неведении, если бы эта сила была несообщимой. Следовательно, Христос может сообщать Свою силу служителям.
Отвечаю: как уже было сказано (3), Христос в таинствах обладает двоякой силой. Первой является сила «власти», которая принадлежит Ему как Богу, и эту силу Он не может сообщить никакой твари подобно тому, как не может Он сообщить ей божественную Сущность. Второй является сила «превосходства», которая принадлежит Ему как человеку. Эту силу Он мог бы сообщать служителям путем наделения их полнотой благодати, достаточной для того, чтобы или их заслуги содействовали произведению следствия таинств, или обращение к их имени освящало таинства, или они сами могли учреждать таинства, или их простого пожелания было достаточно для того, чтобы сообщить следствие таинств без исполнения обряда таинства. В самом деле, чем могущественней объединенное орудие, тем легче оно может передать свою силу отделенному орудию, как, например, рука – палке.
Ответ на возражение 1. Христос воздержался от сообщения служителям Своей силы превосходства не из ревности, а ради блага верующих, чтобы они не возлагали свои упования на людей и чтобы не возникло обусловливающее разделение Церкви разнообразие таинств, что нам показано на примере тех, кто говорил: «Я – Павлов!; Я – Аполлосов!; Я – Кифин!» (1 Кор. 1:12).
Ответ на возражение 2. Это возражение истинно с точки зрения силы власти, которая принадлежит Христу как Богу. Однако и сила превосходства может быть названа властью по сравнению с другими служителями. Поэтому глосса на слова [Писания]: «Разве разделился Христос?» (1 Кор. 1:13), говорит, что «Он мог бы предоставить силу власти в крещении тем, кому Он дал силу его исполнять».
Ответ на возражение 3. Христос не пожелал сообщить служителям Свою силу превосходства из-за неуместности многоглавия в Церкви. Однако если бы Он это сделал, то был бы верховным главой, а все другие были бы в Его подчинении.
С пятым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что таинства не могут сообщаться злыми служителями. В самом деле, таинства Нового Закона определены к очищению от греха и дарованию благодати. Но злые люди, будучи сами нечисты, не могут очистить от греха других, согласно сказанному [в Писании]: «От нечистого что может быть чистого?» (Сир. 34:4). Кроме того, коль скоро они лишены благодати, то, похоже, не могут и сообщать благодать, поскольку никто не может дать то, чего не имеет. Следовательно, похоже, что таинства не могут сообщаться злыми людьми.
Возражение 2. Далее, как уже было сказано (3; 62, 5), всю свою силу таинства получают от Христа. Но злые люди отделены от Христа, поскольку не имеют любви, посредством которой члены объединяются со своею главой, согласно сказанному [в Писании]: «Пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог – в нем» (1 Ин. 4:16). Следовательно, похоже, что таинства не могут сообщаться злыми людьми.
Возражение 3. Далее, если того, что необходимо для таинства, например материи или формы, недостает, то таинство недействительно. Но для таинства требуется незапятнанный грехом служитель, согласно сказанному [в Писании]: «Никто из семени твоего во все роды их, у которого на теле будет недостаток, не должен приступать, чтобы приносить хлеб Богу своему» (Лев. 21:17). Следовательно, похоже, что если служитель зол, то у таинства не будет никакого следствия.
Этому противоречит следующее: Августин, комментируя слова [Писания]: «На Кого увидишь Духа…» и так далее (Ин. 1:33), говорит: «Иоанн не знал, что Господь, обладая властью крестить, пожелает оставить ее Себе, притом что служение, конечно же, будет передано людям, как добрым, так и злым…. Ибо что тебе до того, что служитель дурен, когда Господь добр?»[48].
Отвечаю: как уже было сказано (1), служители Церкви действуют в таинствах инструментально, поскольку, так сказать, служитель обладает природой орудия. Но ранее мы показали (62, 1), что орудие действует посредством не своей формы, а силы того, кто его движет. Поэтому любая форма или сила, которая есть у орудия сверх того, чем оно обладает как [именно] орудие, является его акциденцией (так, например, тело врача, являющееся орудием его души, в которой находится его врачебное искусство, может быть здоровым или больным; или водопровод может быть сделан из олова или серебра). Следовательно, даже злые служители Церкви могут сообщать таинства.
