Ответ на возражение 2. Таинству присуще производить главное следствие, а именно благодать, отпускающую грех и восполняющую некоторые человеческие изъяны. Те же вещи, которые делаются при экзорцизме, этого не производят, но просто устраняют препятствия. Следовательно, они являются не таинствами, а обрядами.
Ответ на возражение 3. Достаточной для получения крестильной благодати расположенностью является вера и намерение – либо крестимого, если он взрослый, либо Церкви, если он ребенок. Те же вещи, которые делаются при экзорцизме, определены к устранению препятствий. Поэтому следствие крещения можно получить и без них.
Тем не менее, без какой-либо особой необходимости их опускать не должно. Когда же опасность минует, их надлежит исполнить, чтобы была соблюдена единовидность крещения. И при этом их исполнение после крещения не лишено пользы, поскольку следствию крещения можно препятствовать как до его получения, так и после.
Ответ на возражение 4. Из того, что делается после крещения в отношении крестимого, кое-что является не просто знаком, но производит следствие (например, помазание макушки, следствием которого является сохранение крестильной благодати), а кое-что не производит никакого следствия и является просто знаком (например, дарование крестимому белой одежды для обозначения обновления жизни).
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что проводить катехизацию и обряд экзорцизма над тем, кто приступает к крещению, подобает не только священнику. Ведь сказал же Дионисий, что очищать нечистых приличествует служителям церкви[106]. Но оглашенные, которые наставляются посредством катехизации, и одержимые, которые очищаются посредством экзорцизма, являются, по словам того же Дионисия, нечистыми. Следовательно, катехизация и экзорцизм являются обязанностями не священников, а служителей.
Возражение 2. Далее, оглашенные наставляются в вере посредством Священного Писания, которое в церкви читают служители (так, Ветхий Завет излагается церковными чтецами, а Новый Завет читается дьяконами и иподьяконами). Катехизация, таким образом, приличествует служителям. Точно так же служителям, похоже, приличествует и экзорцизм. Ведь сказал же Исидор, что «экзорцисту надлежит знать экзорцируемого сердцем, налагая руки на одержимых и оглашенных во все время обряда экзорцизма». Следовательно, катехизация и экзорцизм не относятся к священническому служению.
Возражение 3. Далее, «катехизировать» есть то же, что и «наставлять», что, в свою очередь, означает «совершенствовать». Но последнее, по словам Дионисия, приличествует служению епископа[107]. Следовательно, оно не приличествует священническому служению.
Этому противоречит следующее: папа Николай I говорит: «Катехизацию собирающихся креститься должно возлагать на священников каждой церкви». И Григорий говорит: «Когда священники налагают руки на верных ради благодати экзорцизма, что еще они делают, как не изгоняют бесов?»[108].
Отвечаю: служитель соотносится со священником как вторичный и инструментальный действователь – с главным (на что указывает и само слово «служитель»). Затем, при осуществлении деятельности вторичный действователь ничего не делает без главного действователя. И при этом главный действователь нуждается в тем более возвышенном орудии, чем более величественной является его деятельность. Но деятельность священника при сообщении самого таинства является более величественной, чем при сообщении того, что предшествует таинству. Поэтому высшие служители, которых называют дьяконами, прислуживают священникам при сообщении самих таинств, в связи с чем Исидор говорит, что «обязанностью дьякона является помогать и обслуживать священников во всех обрядах таинств Христовых, а именно относящихся к крещению, конфирмации, дискосу и потиру». Низшие же служители помогают священнику при сообщении того, что предшествует таинствам: чтецы, например, при катехизации, а экзорцисты – при экзорцизме.
Ответ на возражение 1. Деятельность служителя в отношении нечистого является служебной и, так сказать, инструментальной, а священника – главной.
Ответ на возражение 2. Чтецам и экзорцистам надлежит катехизировать и экзорцировать не как главным служителям, а как тем, кто прислуживает священникам.
