Ответ на возражение 3. Наставления бывают разными. Одно ведет к принятию веры; оно усваивается Дионисием епископам[109] и может быть возложено на любого проповедника и даже на любого верующего. Посредством другого человек наставляется в начатках веры и в том, как ему надлежит приуготовлять себя к принятию таинств; оно является обязанностью вторичных служителей и в первую очередь – священников. Третьим является наставление в модусе христианской жизни, и оно является обязанностью крестных. Четвертым является наставление в глубинах тайн веры и в совершенстве христианской жизни, и оно является должностной обязанностью епископов в силу их служения.
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что конфирмация не является таинством. В самом деле, мы уже показали (64, 2), что действенность таинств зиждется на божественном учреждении. Но у нас нет никаких свидетельств об установлении конфирмации Христом. Следовательно, она не является таинством.
Возражение 2. Далее, таинства Нового Закона были предвозвещены в Старом Законе; так, апостол говорит, что «все крестились в Моисея в облаке и в море, и все ели одну и ту же духовную пищу, и все пили одно и то же духовное питие» (1 Кор. 10:2 – 4). Но конфирмация не была предвозвещена в Ветхом Завете. Следовательно, она не является таинством.
Возражение 3. Далее, таинства определены к спасению человека. Но человек может быть спасен без конфирмации, поскольку крещеные и умершие до своей конфирмации дети спасаются. Следовательно, конфирмация не является таинством.
Возражение 4. Кроме того, посредством церковных таинств человек сообразуется с Создателем таинств, Христом. Но человек не может быть сообразован с Христом посредством конфирмации, поскольку нигде не сказано о миропомазании Христа.
Этому противоречит сказанное папой Мельхиадом епископам Испании: «Что касается того, о чем вы спрашивали, а именно является ли возложение руки епископа большим таинством, чем крещение, то знайте, что оба они суть великие таинства».
Отвечаю: таинства Нового Закона определены к особым следствиям благодати, и потому каждому особому следствию благодати должно соответствовать и особое определенное к нему таинство. Затем, коль скоро чувственные и материальные вещи имеют сходство с вещами духовными и умопостигаемыми, то на основании того, что происходит в телесной жизни, мы можем схватывать то, что относится к жизни духовной. Но очевидно, что в телесной жизни присутствует некоторое особое совершенство, которое связано с тем, что человек достигает совершенного возраста и обретает способность исполнять совершенные действия, в связи с чем апостол говорит: «Как стал мужем, то оставил младенческое» (1 Кор. 13:11). Так что помимо движения порождения, посредством которого человек получает жизнь тела, есть еще и движение роста, посредством которого человек достигает совершенного возраста. Поэтому при крещении человек получает духовную жизнь, каковая суть духовное возрождение, а при конфирмации человек, так сказать, достигает совершенного возраста духовной жизни. Поэтому папа Мельхиад говорит: «Сходящий в крестильные воды Святой Дух Своим излиянием приносит спасение, даруя в купели полноту невинности, а при конфирмации Он сообщает возрастание благодати. При крещении мы возрождаемся к жизни, а после крещения – укрепляемся». Отсюда понятно, что конфирмация является особым таинством.
