Сумрак бросился следом в облаке былинок и пуха, глубоко взрыв когтями дерн на старте. Конечно же тренированный воин настиг юную слабую самку всего за несколько секунд. Чувствуя, как неумолимо и безнадежно утекает сквозь пальцы самоконтроль, самец схватил ее за плечи, еще на бегу резко разворачивая к себе лицом, и стремительно повалил, придавив собой и не оставляя ни единого шанса вырваться.
— А кем же, тогда, является победитель? — низко прорычал он, нависнув над запыхавшейся самкой и приблизив свои жвала почти вплотную к ней.
— У нас ничья! — не растерялась Греза и удивительно проворно отпихнула незадачливого претендента. Сумрак рухнул в траву, и вверх взметнулся вихрь пушинок с отцветших растений, заставив самца отчаянно расчихаться. Греза села, уморительно задирая свои коротенькие максиллы и громко стрекоча. А ведь еще чуть-чуть, и было бы ей не до смеха…
Сумрак помотал головой, прогоняя остатки пуха, и обессилено растянулся на спине, стараясь вернуть себя в адекватное состояние. Опять, подойдя к самой грани, он смог чудом не сорваться в пропасть… Но с каждым разом было все сложнее. Нет, следовало улетать и, чем быстрее, тем лучше…
Вдруг ход его мыслей нарушила Греза, которая неожиданно совершила очередную дерзость. Она подобралась ближе и невозмутимо прилегла рядом, одновременно требовательно потянув его за руку. Пришлось позволить самке устроиться на собственном плече, как на подушке. Вторую руку Сумрак положил себе под голову. Вот это уже был настоящий смертельный номер… Самка лежала, касаясь его боком, их гривы переплелись, и они чувствовали дыхание друг друга. Больше всего Сумраку сейчас хотелось, чтобы кто-нибудь его просто связал… С великим трудом сдерживаясь, он уставился на небо и попробовал сосредоточиться на плывущих в вышине облаках. Ближнюю к самке ногу Сумрак согнул, дабы не бросался в глаза быстро вырастающий под набедренной повязкой бугор.
— Скажи, воины когда-нибудь смотрят в небеса? — тихо спросила самка.
— Я сейчас туда смотрю, — заметил самец.
— И что ты видишь?
— Свет, облака… Должен видеть еще что-то?
Греза чуть повернулась и положила ладонь Сумраку на грудь, почувствовав, как его тело пробирает возбужденная дрожь. Это доставляло ей необъяснимое удовольствие — провоцировать молодого самца и наблюдать за тем, как он пытается не поддаться ее чарам. Сумрак привлекал ее все больше. Сейчас он представлял собой концентрацию чистого желания, сосредоточение усмиренной похоти; казалось, задень его лишний раз, и томящаяся в нем страсть выплеснется наружу, сокрушительной волной сметая все на своем пути. И не сказать, чтобы Греза не понимала, насколько опасны ее действия… Но некий азарт сродни охотничьему не позволял ей отступиться. Ей ужасно хотелось знать, насколько еще Сумрака хватит. А о том, что произойдет, когда он, наконец, сорвется, самка предпочитала не думать.
Его жесткая, покрытая крепкими щитками и иссеченная шрамами кожа сейчас теплела под ее рукой. Грезе хотелось гладить и ощупывать мускулистый торс, пересчитывать полученные в битвах рубцы, ощущать ладонью все его твердые изгибы… Но это уже нарушило бы правила изобретенной ею игры. Нельзя было проявлять свой интерес к самцу столь открыто.
— Видишь, то облако? — Греза отняла руку от его груди и указала вверх. — Оно напоминает настоящий замок…
— На мой взгляд, это больше орбитальная станция, — хмыкнул самец.
— А вон то?
— Пернатая лесная тварь.
— Действительно, похоже…
Они лежали рядом, практически обнявшись, и глазели на клубы водяного пара, медленно ползущие над лугом. Оба внутри сгорали от вожделения, и оба тщательно гнали мысли о спаривании прочь, отвлекая себя самих и друг друга поиском знакомых форм и образов в небе. Как ни странно, это получалось. Происходящее незаметно начало приобретать черты какой-то странной совместной медитативной практики — сперва трудновыполнимой, но потом все более затягивающей… Постепенно они потеряли счет времени. Чем дальше, тем больше утихали волны возбуждения, а взамен них приходило некое странное чувство горького и хрупкого наслаждения от краткого момента присутствия рядом любимого существа. Момента, которому, возможно, уже не суждено будет никогда повториться… Наконец Греза доверчиво прижалась к самцу и обхватила его за шею. Сумрак тоже приобнял ее одной рукой. Они даже не поняли, как уснули…
— Вставай, засоня, — Сумрак тихонько потормошил самку. Над лугом догорал алый закат.
Греза сладко потянулась и окатила самца столь мощной волной феромонов, что тот аж впился в землю когтями. Пора было уходить, на сегодня это слишком…
— Мне нужно возвращаться к своему гарему, — солгал Сумрак. — А тебя, наверное, Серый потерял.
— Иди, конечно, — спохватилась Греза, — я еще посижу две минутки и тоже пойду.
— Извини, что не предлагаю проводить…
— Понимаю, не дурочка, — фыркнула самка.
Самец со вздохом поднялся с травы и двинулся по направлению к лощине. Как бы невзначай, он, вставая, выронил из сумки ожерелье. Стоило воину скрыться из виду, как Греза звонко рассмеялась и проворно подобрала «находку».