В отличие от нового птичника, старый был куда более ограничен в своих возможностях. Без моего прямого контроля он мог выполнять только базовые задачи и к сожалению в их число не входил полномасштабный мониторинг псиоников. Уж слишком был велик риск быть замеченным.
По обычным же новостям и общедоступной информации, которую птичник мог собирать без рисков для себя, ничего важного известно не было.
После моих пышных похорон Данила стал новым руководителем компании и до сих пор занимал этот пост. Но никаких подробностей известно не было.
Вероятно, он смог в той или иной мере разобраться с остальными нашими родичами и врагами. Раз он остался жив, иначе и быть не могло.
Но всё же полной уверенности в том, что никаких проблем у него сейчас нет, не было. Ведь кроме наших родичей оставалось ещё много желающих занять место Данилы, или же и вовсе полностью поглотить компанию.
И в их числе определенно были те трое, кто смог заставить меня переродиться. Спустя два года они всё ещё были живы, в отличие от тех двоих, которых я отправил в кому. Их как раз уже в живых не было. Значит, произошёл передел рынка, что, в принципе, было неудивительно. Учитывая местные нравы им и без того повезло, что их успели довезти до больничной палаты, а не добили прямо на месте.
Да, в этом плане мой изначальный мир был куда более безжалостен как к людям так и к корпорациям, чем тот, в котором я нахожусь теперь. Даже не терпится вернуться в эту вазу с ядовитыми змеями и показать всему миру, что Гусевы так просто не умирают. Даже если умирают, то гарантированно возвращаются ещё сильнее.
Единственной реальной проблемой для моего своевременного возвращения сейчас являлось только отсутствие нужного материала для работы. А именно, подходящего тела, способного вместить моё текущее сознание.
Второй раз начинать с самого нуля, заниматься архивированием данных и прочими прелестями перерождения я не собирался. Тем более, учитывая тот факт, что оставлять это тело, уже полностью адаптировавшееся к Условия этого мира, я тоже не собирался.
Так что самым разумным вариантом стало создание нового проекта. Я назвал его, проект Разделения. И в его основе лежало сразу несколько вопросов, требующих специальных знаний и навыков.
Начать с того, что чтобы возродиться, я решил использовать собственный прах. То есть буквально возродиться из пепла.
После кремации моего прошлого тела урна с прахом наверняка осталась в моём у моего племянника. Так что, возродившись, я сразу получу возможность встретиться с ним лично. И без лишнего внимания со стороны родичей, что немаловажно.
Вот только магии, способной возродить меня из пепла, в этом мире пока что не существовало. Но в то же время не существовало и настолько мощных псиоников — как и псиоников в принципе. А уж магов способных контролировать свой потенциал на все… несколько тысяч процентов, если считать птичник, и вовсе невозможно было даже представить до моего появления.
Фактически, сейчас я уже стал без сомнения самым мощным магом в истории, и это был далеко не предел.
Владея на довольно сносном уровне буквально всей магией, которую только смогли изобрести за годы своего развития местные маги, я уже мог менять реальность способами, которые неподвластны обычному человеку.
Так что ничего такого в том, чтобы создать магию продвинутой регенерации, не было. Это был лишь вопрос времени, причём вопрос весьма короткого времени, потому что птичник уже практически справился с этой задачей.
Парадоксально, но вся суть этой магии буквально лежала на поверхности, и в какой-то мере каждый одаренный уже использовал эту силу. Ведь в основу этой продвинутой техники вошли процессы, протекающие в телах «эффективных» дарённых, к которым в некотором роде относился и я сам.
Теперь оставалось только объединить все эти разработки, и вернуться к жизни второй раз, но на этот раз, уже держа под своим контролем два своих тела.
Первый этап тестирования разделения было решено провести после завершения всех подготовительных тестов. Часть из них, к слову, невозможно было закончить, находясь в Китае.
Несмотря на внутреннюю политику компании «Возвышение», в которой я находился уже довольно давно, и успел как следует обработать менталом весь окружающий меня персонал, полностью доверять им я всё равно не мог.
Слишком уж нестандартными вещами я собирался заняться. А лишние свидетели мне точно были не нужны.
Так что первым делом я приобрёл недвижимость в пригороде Токио. К этому времени я уже не был стеснён в средствах и мог себе это позволить.
Небольшой участок — всего-то двадцать гектаров, с домом в традиционном стиле, по рыночной цене. Единственное: ремонт был выполнен по моим личным чертежам, чтобы соответствовать всем требованиям.
Кроме того, на участке были построены несколько пристроек — именно в них я и собирался проводить основную часть экспериментов.
Всё же, несмотря на всю мощь Птичника и его способности к моделированию, простую и банальную практику никто не отменял.
