Сюаньцзан поднял его с колен и ввел в залу Созерцания, после чего приказал своим ученикам воздать государю почести. После трапезы государь переоделся в простое платье и вместе с паломниками отправился в город.
Шли они долго, и когда наконец достигли дворца, Сунь Укун обратился к начальнику стражи:
– Мы посланцы Танского императора, идем в Индию за священными книгами и сейчас явились сюда, чтобы получить разрешение на выезд. Сделайте милость, господин начальник, доложите о нас.
Выслушав его, начальник стражи отправился в залу для приемов и, склонившись перед троном, доложил:
– К вратам дворца подошли пятеро монахов. Они говорят, что идут по велению Танского владыки в Индию за священными книгами и явились сюда, чтобы получить разрешение на выезд.
Государь, вернее, оборотень, восседавший на троне, распорядился ввести монахов в залу.
Сунь Укун подошел прямо к трону, но кланяться не собирался.
От такого невежества сановники пришли в ужас.
– Откуда ты явился, монах? – спросил оборотень.
– Мы идем из Танской страны в Индию за священными книгами, – отвечал Сунь Укун. – И вот пришли к вам получить разрешение на выезд.
– Но как вы посмели не воздать мне должные почести?! – в гневе закричал оборотень. – Я не вассал вашего государя и связей с ним не поддерживаю.
– Нашей страной правит династия, поставленная самим Небом, и нет ей равной в мире. Ваше же государство окраинное. Но вы не только не встретили нас как положено, а еще требуете, чтобы я совершал перед вами поклоны!
Услышав это, оборотень завопил:
– Взять его!
В тот же миг на Сунь Укуна набросилась толпа сановников, но он выбросил вперед руку и крикнул:
– Не шевелиться!
Этим магическим жестом Сунь Укун мог любого пригвоздить к месту. Так оно и случилось. Все, кто был в зале, превратились в деревянных или глиняных истуканов.
Тогда оборотень соскочил с трона и ринулся к Сунь Укуну. А Сунь Укуну только это и надо было.
«Сейчас я проломлю твою голову своим посохом, будь она хоть чугунная», – подумал Сунь Укун, но в это время появился принц и стал умолять оборотня-государя не казнить монахов и выслушать их, дабы не навлечь на себя гнев самого Танского владыки.
Принц сделал это нарочно, стараясь оттянуть время, ибо опасался, как бы оборотень не причинил вреда Танскому монаху. Он и не подозревал, что Сунь Укун решил сейчас же покончить со злодеем.
Оборотень внял совету принца, выслушал Сунь Укуна, а потом сказал:
– Сам Танский монах и три его ученика не вызывают у меня подозрений, что же до четвертого, то я полагаю, что его похитили. Как его имя? Есть ли у него монашеское свидетельство? Ну-ка, пусть подойдет сюда и расскажет.
Услышав это, правитель страны Черных петухов задрожал от страха.
– Не бойтесь, – шепнул ему Сунь Укун. – Я буду отвечать вместо вас.
И вот наш Великий Мудрец выступил вперед и громко сказал:
– Ваше величество, этот даос глухонемой. Но в молодости он бывал в Индии и знает туда дорогу. Если вашему величеству угодно, я расскажу всю его историю.
– Что же, – ответил оборотень, – говори, только всю правду, не то я накажу тебя по заслугам.
И Сунь Укун начал рассказывать:
Услышав это, оборотень так напугался, что сердце его затрепетало, словно попавший в беду олененок. Он хотел было бежать, но тут вспомнил, что при нем нет никакого оружия, подскочил к начальнику дворцовой стражи, который под действием чар Сунь Укуна стоял как вкопанный, выхватил у него из-за пояса меч, взмыл в небо и исчез из виду.
Тогда Сунь Укун снял чары со всех придворных, велел принцу и государыне поклониться настоящему правителю, а сам отправился на поиски оборотня.
Он взлетел на девятое Небо и тут увидел, что оборотень мчится на северо-восток.
– Эй, ты, куда бежишь? Не видишь меня, что ли? – крикнул Сунь Укун.
Оборотень оглянулся и, взмахнув мечом, заорал:
– Какой ты дотошный, Сунь Укун! Что тебе за дело до чужого трона? Вздумал восстанавливать справедливость!
– Сейчас я с тобой рассчитаюсь, мерзкая тварь! – громко расхохотавшись, крикнул в ответ Сунь Укун.
И вот в небе завязался ожесточенный бой.
