И конь от начала до конца рассказал Чжу Бацзе о том, что произошло.
Выслушав его, Чжу Бацзе сказал:
– Одному мне этого оборотня не одолеть, а Шасэна он утащил к себе в пещеру. И теперь нам ничего не остается, как разойтись по домам. Ты отправляйся в свое море, а я вернусь к себе в деревню.
– Мы не можем так поступить, – со слезами на глазах промолвил дракон. – Надо спасти учителя. Не теряй времени и отправляйся на гору Цветов и плодов. Там ты найдешь Сунь Укуна. Скажи ему, что учитель соскучился и хочет видеть его, а о том, что произошло, – ни слова. Только Сунь Укун может усмирить этого оборотня.
– Не пойду я к нему, он меня будет бить за то, что я подстрекал учителя читать заклинание.
– Не будет он тебя бить, не бойся. Он гуманный и справедливый.
– Так и быть, – сказал Чжу Бацзе, – отправлюсь я на гору Цветов и плодов, разыщу Сунь Укуна. Но если он не захочет идти, я сюда не вернусь.
Чжу Бацзе подхватил свои вилы, заправил за пояс рясу, подпрыгнул, оседлал облако и полетел прямо на восток. С попутным ветром он очень скоро достиг Восточного моря, спустился на землю и углубился в лес. Вдруг он услышал голоса и вслед за тем увидел Сунь Укуна, который восседал на самом верху скалы, а перед ним выстроились в ряд обезьяны, тысяча и еще двести, которые дружно восклицали:
– Да здравствует наш повелитель Великий Мудрец!
«Эх, жил бы я так, в довольстве да почете, ни за что не стал бы монахом», – подумал Чжу Бацзе и, не решаясь приблизиться к Сунь Укуну, затесался в толпу обезьян, вместе с ними отбивая поклоны. Но Сунь Укун своими зоркими глазами сразу его приметил и крикнул:
– Что это там за невежа? Он и кланяться не умеет. Ну-ка, приведите его ко мне!
Обезьяны кинулись к Чжу Бацзе, подтолкнули его вперед и поставили перед Сунь Укуном.
– Ты зачем явился сюда? – спросил Сунь Укун. – Почему оставил Танского монаха? Может быть, ты провинился в чем-нибудь и он прогнал тебя? – спросил Сунь Укун.
– Нет, он не прогонял меня. Он послал меня за тобой, соскучился и хочет тебя видеть.
– Об этом мы с тобой потом поговорим, – промолвил царь обезьян, – а сейчас пойдем, я покажу тебе свои владения. Здесь очень красивые места.
Не смея перечить Сунь Укуну, Чжу Бацзе последовал за ним. И вот когда они поднялись на вершину горы, им открылась удивительная картина.
Чжу Бацзе долго смотрел и никак не мог налюбоваться окружающей красотой.
– Дорогой брат! – воскликнул он. – Это самая красивая гора во всей Поднебесной!
Когда они спустились с горы, обезьяны им почтительно преподнесли огромные гроздья темно-красного винограда, душистые груши и финики, золотистые плоды пиба, красные сливы.
Они принялись за еду. А между тем наступил уже полдень, и Чжу Бацзе забеспокоился.
– Дорогой брат, – стал он торопить Сунь Укуна, – учитель, верно, заждался нас. Надо поспешить!
– Никуда я отсюда не уйду! – заявил Сунь Укун. – Так и скажи Танскому монаху. Раз он прогнал меня, нечего теперь скучать.
Так ни с чем Чжу Бацзе пустился в обратный путь. Он шел и вовсю поносил Сунь Укуна. А Сунь Укун, надобно вам сказать, отправил вслед за Чжу Бацзе двух обезьян, чтоб проследили, как будет Чжу Бацзе себя вести. И вот, услышав, как Чжу Бацзе поносит их повелителя, обезьяны бросились назад и обо всем рассказали Сунь Укуну. Сунь Укун разозлился и вместе с обезьянами бросился догонять Чжу Бацзе.
Обезьяны повалили Чжу Бацзе на землю и поволокли обратно.
О том, как Сунь Укун проучил Чжу Бацзе и удалось ли тому спастись, вам расскажет следующая глава.
Итак, обезьяны толпой налетели на Чжу Бацзе и приволокли его к отвесной скале, где на самом верху восседал Великий Мудрец.
– Ну-ка, всыпьте ему хорошенько, – заорал Сунь Укун, – чтобы знал, как ругать меня! А потом еще я угощу его своим посохом.
– Пощади меня, дорогой брат! – взмолился тут Чжу Бацзе, повалившись на колени. – Ради учителя пощади, ради богини Гуаньинь.
При упоминании о богине Сунь Укун заколебался, а потом сказал:
