Из оцепления все как один падали укрыться от убийственной мощи. Осколки прежней роскоши градом сыпались на людей и технику. Во всей округе на автомобилях взбесилась сигнализация. Пыльная, дымная буря прокатилась по перекрытым дорогам, посыпая пеплом просторы улиц.
С сиреной и мигалками уазик торопливо отдалялся от очага. Максим в слезах и терзаниях прижимал ещё тёплое девичье тело, уговаривая Лизу очнуться.
Когда мгла рассеялась, на месте развлекательного комплекса зияла пугающих размеров воронка. Словно сооружение вместе с фундаментом вывелось на орбиту. Пожарники без промедления приступали тушению отдельных очагов.
В муках и рыдании Лизу не отпускал Максим. Он не принимал того, что уже никогда не получит её нежные поцелуи, больше никогда не обворожится её улыбкой. Они были рядом, но уже не вместе; и разделяли их не время и расстояние — а разлучили жизнь и смерть. Быть может, Лиза находилась где-то неподалёку и просто не могла успокоить. А может, унеслась совсем далеко. Бездной горя убивался Максим…
Уже к вечеру очевидцы происшествия возвращались домой к родным и близким. Через день завалы расчистили, а яму засыпали. Скоро на злополучном месте разбили сквер и площадку для отдыха. СМИ перебирали версии и догадки случившегося, пока тема не перестала казаться злободневной.
Силовикам по крупицам удалось восстановить картину происшедшего, но высшие кремлёвские чины замяли дело. Мнения обывателей сошлись на том, что город стал свидетелем неудачной атаки террористов, погибших вместе с казино.
На побережье Тихого Океана дул лёгкий бриз. Молодой человек в майке и с закатанными по колено штанами привлекал внимание отдыхающих. Он стоял по щиколотку в воде, а в руках держал целый ворох разноцветных летучих шариков. Шарики были привязаны к корзиночке, в которой сидел серый плюшевый мишка.
Максим мысленно попрощался с медвежонком и отпустил корзинку по ветру.
Ральф с благодарностью глазел на уменьшающегося Максима. Теперь мишка был свободен. Он весело парил над островами, куда так и не попала его хозяйка.
