– Из полиции позвонил, майор какой – то, сказал что надо пораньше подъехать. Я Мишеньку и отправила с Прасковьей. Тебя она не хотела беспокоить.
– И когда ты собиралась мне это сообщить? – нехорошо прищурился я. В этом доме распоясались все. – А ты не думала, что мне водитель нужен?
– Так ты ж и сам можешь рулить. Да и Варюшу в школу надо отвезти, у нее контрольная сегодня,– нагло улыбнулась Альбертовна, делая хороший глоток капучино из своей любимой чашки.– А, Марина звонила. Просила перезвонить ей.
– Я не шофер, развозить всяких крысоводок по школам. Ты сегодня освобождена.
– Ура!– заорала девчонка и бросилась ко мне, распахнув в стороны свои ручонки, словно крылья. Меня покоробил ее этот посыл. Нежности телячьи, блин. Но в сердце что – то дрогнуло, а это плохой симптом. Это все Парашины силки, в которые меня гонит эта проклятая семейка, словно зверя. Твари. Альбертовну вон уже опоили приворотным зельем, не иначе. Господи, страшно то как. Аж яйца поджимаются.– Справку возьмешь, Хлебушек?
– Возьмет,– хмыкнула старая нахалюга.– Ему все равно сегодня еще к Борисычу надо. Да ведь, Глебушка?
–К Фигизычу,– гаркнул я, но Альбертовна и бровью не повела. Всегда удивлялся ее выдержке. Ей бы в разведке служить, блин. Уделала бы любого Зорге.
Из дома я выпал только через час в состоянии близком к истерической шизофрении. Чертова коза Маринка, которой я сдуру позвонил, настоятельно просила о встрече и я повелся как лопоухий чебурашка. Зато Параша трубку не сняла ни разу за сто моих настойчивых звонков. И я прямо представил, как она вредно смотрит на дисплей и не отвечает. Представил, как сомкну руки на ее шее, она будет молить меня о пощаде. Между ног опять восстало злобное предательское нечто, а в глазах поплыли радужные пятна. Меня как институтку предает мое брутальное тело. И кому предает то, мать его.
– Ну вот. На ловца и зверь бежит, – услышал я распевный голосок. Черт, вот только этой дуры мне сейчас не хватало.
– Какого хрена ты тут делаешь?
–– Ну, если гора не идет к Магомету… – прошлепала силиконовыми губами Маринка, стоящая возле шикарного красного седана. Сука. так вот куда у меня деньги со счета ушли.– Знаешь, Седов, даже обидно.
– Я спросил, какого…– прорычал я, прищурившись наблюдая, как нелюбимая жена, еще не бывшая, идет ко мне, плавно покачивая крутыми бедрами. А ей идет это платье, и эта гребаная тачка, и даже шляпа, поля которой скрывают лицо почти полностью.
– Я соскучилась. Имею право? Ты я вижу тоже рад меня видеть, котик,– хмыкнула чертовка, уставившись на мои брюки топорщащиеся колом в районе ширинки.
Прасковья
– У вас к губе прилипла женщина,– скривилась я, с трудом сдерживая яростно – злые слезы, готовые вот-вот брызнуть из глаз. Надо же быть такой дурой. Такой непроходимой тупицей. С чего я вообще решила, что у нас есть будущее? Показалось, блин. Ехала домой, и все думала, как мне извиниться за утреннюю свою глупость. Подарок даже купила – смешное пресс-папье. Стеклянный шар – в такие смотрят шарлатаны – ясновидцы. Только в моей волшебной сфере, в завихрениях перламутра были фигурки мальчика и девочки, держащих в руках клетку с белым крысом. Дура, абсолютная, эталонная. И даже когда увидела Мамонта, который лапал чужую женщину, впечатав ее в шикарный автомобиль, я не поверила своим глазам. Моргнула пытаясь прогнать омерзительное видение. А оно не прогналось. Наоборот, показалось мне злой насмешкой надо мной. Домой, я домой ехала. А приехала куда? В шалман? Это не мой дом, и не дом моих детей. Это дом чертовой красотки, смотрящей на меня сейчас с молчаливым превосходством и насмешливым презрением.
– Глеб, а что, теперь обслуга у нас в доме имеет право голоса? С каких пор? – капризно спросила холеная стерва, повиснув на мужчине, в объятиях которого я умирала совсем недавно от удовольствия.– Зай, ну ты чего молчишь? Мы едем или нет? Джакузи, шампусик. Я соскучилась, до одури. Мой тигр. Р-р-р-р.
– Конечно, – хриплый бас Мамонта, колючий, как иглы, впился мне прямо в душу. Я заглянула ему в глаза, словно собачонка, кляня себя за слабость. А он просто мазнул по мне равнодушно. Отвел взгляд.– Садись в машину, змейка моя.
– Вы куда? Я думала мы…– если бы можно было выглядеть еще более жалко, я бы наверняка побила рекорд. Да я и так пробила дно. – Глеб, но как же так?
– Параша, нет нас, Ты вроде не страдала идиотизмом. Хотя, в твоем случае это благо, а не страдания. Иди отдыхай, можешь пока еще пожить тут. Пока не разберешься с кучей своих проблем, – поморщился чертов мерзавец и потер переносицу большим пальцем, будто очень устал. Наверняка это так и есть, красотка вымотала поцелуями. Тоже мне, благодетель. Ненавижу его. Ненавижу. – Займись своими делами. В конце – концов, я не обещал тебе ничего. Просто потрахались, мы же взрослые. Звезды так сошлись. Приятно время провели. Ты же самостоятельная, в полицию вон поехала сама. Для здоровья можно найти попроще кого нибудь. Твой адвокатишка, кстати, неплохой вариант.
