А что им было делать? Кто захочет драться с калекой и отбирать у меня карты? Ну, мне же лучше, так что покемонов мне оставили, а я потом за это помог им немного с примерами. Первый раз я всё решил правильно и все радовались, и казалось, что всё будет ништяк. Но я-то знаю, что так не бывает и что парни со мной общаются только потому, что им меня жалко, или чтобы покрасоваться в глазах девчонок, да и для девчонок я все равно что кукла. В общем, второй раз я нарочно решил пример неправильно, а потом они за мной пришли. Это такая компания вокруг Гонзы, он у них за главного, у него всегда последние айфоны и крутые шмотки, он мажет волосы гелем и играет на ударных, но очень тупой. А вокруг крутятся еще три-четыре парня. И вот они-то за мной и пришли, типа что это все значит, а я сказал, что буду решать за них примеры разве что в обмен на новые карточки покемонов, даром я ничего делать не собираюсь. А они такие: ну ладно – и принесли мне новых, а я опять решил неправильно, мне просто было интересно, что они будут делать.
А они ничего не сделали, только сказали, что я кретин, а девчонки на меня пялились, как это я посмел пойти против Гонзы. Но мне было весело, я же ничего такого не сделал, а Гонза мог бы и сам решить этот пример, ведь он ерундовый, нечего быть таким тупым. А на следующей контрольной все опять повторилось, а потом я очень натурально раскаивался и говорил, что мне очень жаль, больше такого не будет, но снова решил неправильно, в смысле новый пример. Почему люди такие глупые? Как Гонза мне вообще еще может доверять?
И, похоже, Гонзе это уже надоело, я прямо видел, как у него руки чешутся. Но тупо же драться с калекой. А я решил: ладно, мне все равно, я не боюсь драться, пока еще я не испытывал ничего хуже, чем боль в ноге после операции. И сам на него надвинулся так, что ему пришлось отбиваться, но он это делал очень осторожно. Ну, конечно, я же бедненький, и девчонки вокруг кричали, чтобы он оставил меня в покое.
– Блин, перестань, Хвала, не зли меня, – сказал он мне под конец и ушел. А у меня губа разбилась, но внутри, так что я просто кровь проглотил.
Ну а потом стало совсем невесело, потому что они перестали обращать на меня внимание, хотя я их иногда провоцировал, так просто, смеха ради.
А теперь в школе не то чтобы происходит что-то ужасное, но там просто скучно, поэтому мне неохота туда идти. Лучше побыть дома.
Но я одеваюсь, и Михал нас подбрасывает до школы, Михал мне даже больше папа, чем папа, потому что мы с ним живем уже девять лет, а папу я вижу где-то раз в месяц, когда получается. Я вообще-то люблю у него бывать, потому что я тогда один, без Миши, и папа мне, само собой, всё разрешает и, наверное, на Рождество подарит мне десятый айфон. Но Михал тоже нормальный – конечно, не всегда, как и все родители, тоже иногда злится из-за полной ерунды, и у него есть, как у каждого родителя, свой свод нелепых правил, которые нужно соблюдать, например, что за едой не разговаривают (это для меня не проблема), на лестнице нужно гасить свет (ерунда какая-то, вот еще об этом все время помнить!) или супом не хлюпают (это проблема скорее для Миши).
В общем, в результате я просто иду в школу.
Когда я вхожу в класс, все смотрят какое-то видео на ютубе, а я замечаю, что телефон Гонзы валяется у него на парте, и незаметно беру его. Пароль я, разумеется, знаю, Гонза сидит впереди меня наискосок, так что я сто раз видел, как он разблокирует телефон, я сую айфон в карман и выхожу в туалет. Там я пишу нескольким девчонкам из контактов, что они мне нравятся и я хочу с ними встречаться, а одной уродине – что с ней я встречаться не буду. Времени у меня в обрез, я подкладываю телефон в карман Гонзиной куртки в гардеробе, возвращаюсь в класс и делаю вид, будто только что пришел. Гонза ищет мобильный, я ему скажу попозже, что видел его в гардеробе, или он сам проверит в куртке, сейчас все равно уже звонок на урок.
Потом я подумал, что надо было все-таки сказать, чтобы насладиться этим зрелищем, когда до него всё дойдет, но на перемене Гонза сам находит телефон и просто в шоке. Потом он подходит к Маркете и говорит ей, что это не он написал, она плачет, а Гонза идет ко мне.
– Это ты сделал, да, Хвала?
Я не могу сдержать смех, говорю, что нет, а сам смеюсь, и Гонза реально дико злится.
– Тебя никто не учил, что чужие телефоны трогать нельзя?
Конечно, мне все это говорят, но люди не следят за своими вещами, и я ничего не могу с этим поделать. Раз это так элементарно, то сами виноваты. Я вот уверен, что мой пароль на телефоне точно никто не знает. Зато я знаю и мамин, и папин – может, мне это еще пригодится.
Гонзе приходит сообщение.
– Придурок, скольким людям ты написал? – Потом он читает и еще больше злится. Он подходит ко мне вплотную.
– Я тебя где-нибудь подстерегу. И плевать я хотел, что ты на костылях, понятно?