На какое-то время я не видел, не слышал и не ощущал ничего, но потом под моими ногами оказался холодный каменный пол, и Артол заботливо поддержал меня. А потом я отступил и помог мохнатику, тот – Ильгу, за ним по очереди в пещере оказались все Тэмми. А потом сгусток тьмы стал уменьшаться в размерах, таять, и наконец вместо прохода перед нами оказалась холодная каменная скальная стена.
- Молодец, Жрец, – хмыкнул Зикр. – Надеюсь, что ему удастся улизнуть и от Стражи, и от ищеек Мирзобиля.
- Постойте! – вырвалось у меня. – А Пёс? Мы забыли вожака!
- Нет, – ответил Артол. – Он остался с братом расследователем и поможет ему отбиться от Стражи и скрыться. А потом он знает, где нас искать. Все Псы Истины связаны с… Лотаром, и сейчас эта связь начинает пробуждаться. Он настигнет нас в нужном месте и в нужное время. А сейчас – вперёд, ибо даже лишняя минута пребывания в этом месте для вас всех весьма опасна.
И мы двинулись за Зикром, растянувшись цепочкой и строго следя за тем, чтобы не сойти с Изначального пути, который узкой синеватой полосой засветился под нашими ногами.
====== Глава 29. Страусов не пугать! Пол бетонный! ======
Мы двинулись за Зикром, растянувшись цепочкой и строго следя за тем, чтобы не сойти с Изначального пути, который узкой синеватой полосой засветился под нашими ногами.
Первоначально ничего особо страшного или странного нашим глазам не предстало – обычная пещера с немного осклизлыми каменными стенами, которые покрывал странный белёсый налёт, похрустывающая каменная крошка под ногами, полумрак. Атмосферно, но лично для меня довольно слабый вариант комнаты ужасов. Если так пойдёт и дальше, то Изначальный путь мы пройдём легко.
И только я так подумал, как Зикр, полуобернувшись, выкрикнул:
- Соберитесь! Сейчас нас встретят Тягучие! Не бойтесь ничего, не сходите с пути и помните – пока вы находитесь на нём – никто и ничто не может причинить вам зла!
Очень жизнеутверждающе. Я вцепился одной рукой в верёвку, тоже полуобернулся и ласково погладил мохнатика по руке:
- Не бойся. И передай Ильгу – пусть только не паникует. Всё будет хорошо.
Между тем скальный коридор немного расширился, и мы пошли дальше, стараясь не отступать от светящейся синей полосы. Я был так сосредоточен на этом, что не сразу просёк момент, когда нас окружили сгустки тумана. Нет, не тумана. Больше всего это напоминало вязкий густой клейстер, непонятно как заполучивший возможность двигаться и даже парить в воздухе.
Тягучие – а это были именно они – более всего напоминали гигантских амёб с невообразимо противными, то втягивающимися, то вытягивающимися ложноножками. В дополнение к этому в центре мешковидного, постоянно пульсирующего и изменяющего тела имелось по три круглых чёрных глаза, а под ними нечто, очень сильно смахивающее на изогнутый крючком клюв, усаженный кривыми желтоватыми зубами, с которых падали и срывались капли, сильно напоминающие по внешнему виду гной или сопли. В общем, зрелище было отвратное до жути, но лично меня оно не особо впечатлило. После «Хищника», «Чужого» и прочих, более свежих киноужасов эти гигантские амёбы смотрелись даже несколько комично. Но так я думал до тех пор, пока одно из этих чудовищ не издало крик. Крик был неслышным, но жутким, на одной высокой ноте, он, казалось, забирался прямо в мозг, и наше движение остановилось. Ультразвук? Инфразвук? Возможно. Во всяком случае, надо поскорее убираться отсюда – если кто-то потеряет равновесие и сойдёт с пути – в таком состоянии нам не вытащить его обратно. Я покосился на спутников. Зикр и Артол были почти в порядке, Артол даже что-то пытался химичить, шевеля пальцами, но дело это было явно не быстрое. А вот остальные…
С остальными было хуже. Кто-то неподвижно замер, пытаясь бороться с невыносимой болью, возникавшей в висках, кто-то упал на колени, а Ильг… Ильг повернулся и, как загипнотизированный, занес ногу для следующего шага. С пути.
И тут меня охватила такая злость, что даже жуткая боль отступила. Это что такое получается, граждане и товарищи? Парень, что, настрадался мало, чтобы вот так просто сгинуть в желудке мерзкой непонятной твари? Ну уж нет!
Эта крамольная мысль пронеслась у меня в голове в мгновение ока, а тело уже действовало помимо разума. Я нагнулся, отыскал в каменной крошке обломок побольше и поувесистее и запустил его прямо в распяленный зубастый клюв твари! Попал, что характерно. Наш физрук мог бы мною гордиться.
Звук оборвался резко и внезапно, каменный обломок застрял в клюве твари, её жуткие зубы скребли по нему, пытаясь вытолкнуть, но не тут-то было. Народ начал приходить в себя, остальные твари замерли, словно в растерянности, и тут Артол закончил то, что начал. Нас словно накрыло тонкой серебристой сеткой, и, когда ещё несколько тварей разинули клювы, звук скатился с этой сетки, как вода со стеариновой свечи.
Зикр обернулся, показал мне большой палец, потом прокричал:
- Сайм, Колючка – молодцы! А теперь ходу, ходу!
