– Нам нужны были крепкое сердце, здоровые легкие, отличная физическая форма и отсутствие серьезных проблем со здоровьем. – Он сделал паузу. – И вы оправдали все наши ожидания, миссис Фернивал. Судя по вашим результатам, вы на десять лет моложе, чем заявляли. Поздравляю, – он помахал ей рукой. – А теперь посмотрим, что с вашей маткой… – Он потянулся за отчетом на желтой бумаге.
Сердце Рут, стучавшее столь размеренно во время скринингов, сейчас едва ли не выскакивало из груди.
– Что показало УЗИ?
– Миома меньше четырех сантиметров, поверхность эндометрия чистая. – Он улыбнулся Рут. – Думаю, можем продолжать.
Лорен наклонилась через стол.
– Доктор Вассили, то есть?..
Он накрыл ее тонкую руку своей большой лапой и погладил ее.
– Да, моя хорошая. С медицинской точки зрения ваша мать подходит для того, чтобы выступать в качестве гестационного носителя для вашего эмбриона и родить вам ребенка.
Лорен приобняла мать и пробормотала:
– Молодец.
Рут казалось, будто она пересекла финишную ленту в конце изнурительного спринтерского забега, и ей хотелось насладиться моментом: голова Лорен у нее на плече; шок на лице Дэна. Доктор Вассили продолжал говорить, но она слушала вполуха:
– …Конечно, ничего нельзя гарантировать… Не ожидайте слишком многого… Можно начинать гормональную терапию.
Она выпрямилась.
– Какую?
– Сегодня начинаем принимать эстроген.
Дело продвигалось с ошеломительной скоростью: она думала, что перед следующей фазой будет перерыв, время, чтобы все уложить в голове, но доктор Вассили уже принялся листать план лечения.
– Если матка отреагирует и слизистая уплотнится достаточно, назначим дополнительную дозу гормонов, чтобы подготовить ее к имплантации.
– Какой толщины должен быть эндометрий? – спросила Рут, стремясь сосредоточиться на следующей цели.
– Семь миллиметров. – Он вызывающе улыбнулся. – Посмотрим, как у вас получится.
Лорен опустила взгляд в свой дневник.
– Какой самый ранний срок подсадки?
– В теории – через три недели, но вероятнее всего – от четырех до шести недель. Все зависит от миссис Фернивал.
– До пятьдесят пятого дня рождения Рут всего десять месяцев, – подсчитал Дэн. – Сроки поджимают.
“Звучало так, будто от этого ему стало легче”, – подумала Рут.
Гормональные препараты лежали на столе в кабинете Хелен Брейтуэйт.
– А без этого точно не обойтись? – спросила Рут, с тревогой глядя на упаковки таблеток и пластырей.
– Это только начало, – ответила медсестра, – потом добавим прогестерон. Вы когда-нибудь принимали препараты заместительной гормональной терапии?
– Хотела, но отпугнули побочные эффекты, – нервно хихикнула Рут.
– Что ж, сейчас вы наверняка с ними столкнетесь. На пике стандартная доза будет увеличена в семь раз, поэтому будьте готовы к головным болям, болезненным ощущениям в груди и мышечным спазмам в ногах, для начала. Внимательно прочтите список лекарств и свяжитесь со мной, если что-то будет беспокоить.
В семь раз. Рут внезапно поплохело от страха. Она представила, как ее тело утолщается под натиском этого неестественного эстрогена. Разрастутся ли опухоли в груди и яичниках, будут ли образовываться тромбы и забиваться артерии?
– Сейчас вероятность беременности нулевая, – продолжила Хелен, – но всем будущим суррогатным матерям, в том числе в период менопаузы, мы советуем воздержаться от половой жизни. Так, на всякий случай.
– Даже если моему мужу сделали вазэктомию?
– Мне кажется, у нас не было этой информации, – сказала Хелен и сделала пометку в бумагах. – В таком случае для вас это неактуально.
Она подняла глаза и улыбнулась чересчур фамильярно.
– Вы, вероятно, заметите значительные улучшения в этой сфере. Эстроген стимулирует кровоснабжение, поэтому сухость исчезнет, ткани влагалища укрепятся, повысится либидо. А еще улучшается состояние кожи и волос.
– Приятно знать, что есть плюсы, – холодно ответила Рут.
– Он все еще очень занят, да? – спросила медсестра, складывая коробочки в пакет.
– Прошу прощения, о чем вы? – Рут пыталась вспомнить, когда она в последний раз занималась сексом.
– О вашем муже. Много работы?
– О да, он ужасно занят. У него сложное дело, его все никак не закроют. Я дам знать, когда у него появится время.
Адам уехал в Вену на неделю, на европейскую юридическую конференцию. Его коллега Найджел Тельман должен был ехать вместе с ним, но не мог отвлечься от очень важного дела, поэтому глава коллегии предложил поехать Эмили и попросил дать ответ как можно скорее. До этого они ни разу не были вместе за границей, и Адаму пришлось смириться с утомительными подколами. Конференция проходила в одном из самых крупных отелей города, его строгий каменный фасад скрывал роскошь бархатных интерьеров в красных тонах. В номере на шестом этаже, из которого открывался вид на оперный театр, больше всего привлекала внимание здоровенная кровать из розового дерева, заправленная шелковым бельем кремового цвета и усыпанная малиновыми подушками; вид ее, казалось, упрекал Адама в том, что он ни с кем ее не делит.
На второй день после ужина позвонила Рут.
– Чем занимаешься?
– Да вот, в кровати лежу.
