Как же хочется спать. Глубоко, в собственной пропасти. Чарли в порядке, отель в порядке, пусть уже его звериная сущность оттянется на славу, что в этом такого?
– Разве ты не узнаёшь её?!
Пять метров. Четыре. Стоят неподвижно. Она такая белая, что аж больно глазам. И нечёткая.
Как заставить эту голову двигаться?.. А, вот.
Лицо. Её лицо. Ужасно светлое. Олени видят мир иначе.
– Ал!
Крепко вцепилась, даже больно чуток. Да что не так-то?
– Аластор, ты должен её вспомнить! Да, прошла сотня лет, но ты должен! Вспомни ненастную ночь, когда ты пришёл домой!
Домой?..
– И дни до этого! Она ведь такая же, точно такая же! Только больше не болеет, та, кто учил тебя готовить и играть на фортепиано!
Быть не может. Нет, не может быть!
Олень завертел головой, натужно сопя и пытаясь навести фокус изображения.
– Вспомни ночь, когда ты видел её в последний раз! Вспомни, что ты сделал! Вспоминай!!
Нет, нет, нет, только не снова, только не это!
– Ты был с ней, пока она не умерла! Держал её за руку! Тебе было всего шестнадцать!
Огромный зверь пошатнулся и рухнул, рассеиваясь вместе с тысячами крохотных веве.
– Ал, я здесь, я рядом, – помогла подняться демону Чарли, – Смотри! Смотри внимательно! Посмотри на неё!
Всего три метра. Это лицо… Женщина-ангел с прямыми чёрными волосами до талии. Вежливо вывернулась от Черри и Энджела, безбоязненно подходя ближе. Вытянула руки, осторожно коснулась его лица самыми кончиками пальцев. И ахнула:
– Я… Я нашла тебя! Знала, что найду, знала! Я вспомнила … О, мой родной, – она крепко обняла лорда Преисподней, запахнув его в крылья, – Моё сокровище, мой сыночек!
Судя по глазам Аластора, он переживал виртуальный инфаркт.
– Дочка! Слава девяти кругам! – Чарли сама попала в объятья, только к отцу, – И правда остановила его, ты смотри… Но чтобы больше так не делала, ясно?! Я чуть умом не тронулся! – Люцифер встряхнул дочь за плечи, – А что это у нас тут за сцена, почему нашего генерал-оленя обнимает Анахита?
– Это… – наконец, справился с озвучкой своих мыслей Аластор, – Моя… мама… Мам, на нас люди смотрят…
– Чел, сегодня можно! – радостно засмеялся Энджел, – Мама это святое. Во всех смыслах… Да обними ты её в ответ, чудик!
– У меня… когти.
– И рога, и хвост, ну и что? – с улыбкой подошла к нему Чарли.
– Но… откуда ты узнала о…
– ДА КТО Ж ТАК ПОДКРАДЫВАЕТСЯ, ИМЕЙ СОВЕСТЬ!! – рявкнул вдруг Энджел, заметив Кезефа, который созерцал невероятную сцену встречи с кротостью слона в посудной лавке, – Что, напсиховался? Крыло в порядке? Скажу сразу – я тебе за друга наподдал, согласился сдать яд для антидота, так что всё! Извиняться не собираюсь!!
Из-под маски послышалось нечто, похожее на хмыканье.
– Видимо, нам «спасибо» тоже никто не скажет, – присоединился к компании Сэр Пентиус. Нифти, сидевшая на его плече, методично отряхивала юбку:
– Да не очень-то и хотелось… Мессир, Вы в порядке? Вас обнимает ангелица.
– Моя мама.
– А, ну если мама, тогда мож… В СМЫСЛЕ МАМА?!
– В прямом, – Ал отстранился и нежно сдал руку матери, гладящую его по щеке, – Я думал, что больше никогда тебя не увижу.
– Ты вырос, – серые глаза ангелицы блестели, – Стал таким высоким и сильным.
– Вас вообще можно оставить хоть на минуту?! – послышалось привычное рявканье вернувшейся с работы Мимзи, – И что это за женщина? Я даже не спрашиваю, почему она с Аластором, привыкла.
– Сынок, это твоё новое имя?
– «Сынок»?! – певица пошатнулась, упав в заботливые лапищи встречавшего её Хаска, – Вас точно нельзя оставлять, зачем я вообще пошла на работу сегодня, пропустила всё самое интересное!
Аластор тем временем кивнул той, кого, казалось, потерял навсегда.
– И ты говорил с нами по радио.
– Да, матушка.
– Так ты, выходит, стал ведущим? О, как чудесно! – она потёрлась лбом о его лоб, – Я знаю, ты не помнишь моего старого имени, как и я твоего, но теперь меня зовут Анахита.
– Красивое имя.
Мать и сын снова с нежностью обнялись.
– Что ж, – разжав объятья, женщина обернулась, беря сына под локоть, – А теперь я хочу познакомиться со всеми твоими чудесными друзьями! Со всеми-всеми.
– Но мама, как же…
– О, я всё решу… – мило махнула ладонью женщина, – Эй, Кезеф.
Ни разу не слышавший такого тона от подчинённой, ангел даже засопел.
– Я нашла сына, и отныне буду жить в аду. Это решено. Больше я его не оставлю. Хватит с меня ваших ханжеских зверств, нагляделась. Оформляйте меня как падшего ангела или как хотите.
Кезеф издал в ответ несколько грозных клекочущих звуков, и Анахита ответила ему такими же, похожими на голос орла или совы. Снова обернулась:
– Люцифер. Вы говорили, что Ваша очаровательная дочь содержит отель?
– Эм… Да, – с немалым интересом поднял брови владыка Преисподней. Услыхав имя «Люцифер», Кезеф странно дёрнулся, словно собирался выхватить несуществующее копьё, но в итоге снова замер.
– Милая, – ангелица подошла к Чарли, беря её за руки, – Я Анахита, очень приятно познакомиться.
– И мне, мадам, – Чарли даже зарделась, узнав эту мягкость манер.
– Шарлотта Магне, верно? Чарли. Твой папа и твои друзья хорошо о тебе отзывались.
– Да что Вы, не стоит…
