Пара фраз – и, как оказалось, этого было достаточно, чтобы тёмные чары нездоровой привязанности растворились без следа. Они снова были лучшими друзьями, как и сто лет назад.
– Мои драгоценные, на самом деле я был бы не прочь отыскать свою девушку, которая перед рассветом изволила утащить документы по отелю. Апокалипсис из бумажной волокиты один из худших сценариев, который способно сотворить моё сознание.
– Чарли умная девочка и со всем справится, – уже зная маршрут, вышла к номеру сына Анахита, – Всем доброго утра. Родной, как насчёт приготовить французский завтрак?
– Передохнули бы хоть, – покачала головой Мимзи, – Пообщались бы с сыном. Такими темпами у постояльцев что-нибудь слипнется.
– На самом деле, – Ал подошёл ближе к матери, которая тут же взяла его под руку, – Мы всегда так общались. Через приготовлением пищи. Мама… принималась кашлять, если долго говорила, так что мы научились понимать друг друга без слов. И наслаждаться совместно проведённым временем… О, привет, Энджел.
– Привет-привет, – вырулил со своего этажа гей, присоединяясь к спуску по лестнице, – Как спалось перед экспедицией?
– Как заново убитому.
– Сын!
– Прости, матушка, чёрный адский юмор… Энджел, ты не видел Чарли?
– Нет, а что? – оторвался от телефона гей.
– Она забрала бумаги по отелю.
– О как… Ну что ж, пожили тут и хватит, в конце концов, новый мир на горизонте, ага? – оценил риски Энджел, нервно усмехнувшись.
– А я верю, что у неё всё получится, – упрямо возразила лучшим друзьям Анахита, – Ал, милый, ты ведь показывал Чарли, как работать с бумагами?
– Да, однажды. Пока я распинался, Лотти нарисовала премилого единорога. Розового. Раскрасила текстовыделителем и подарила мне в знак признательности. До сих пор в ящике стола лежит… Что с тобой, Энджел?
– Если бы милота была преступлением, вы с Чарли уже давно бы мотали пожизненное… Кстати, мадам Анахита, как там наши гости?
– Кадмиэль прилип к Мальодору, их временно переселили в гостевой номер в связи с исследованиями. Табрис хочет в группу добровольцев, точнее, не хочет, а уже сам записался и дежурит у дверей. Аарин и Радбос трудятся над макетом Врат с Сэром Пентиусом, заодно обсуждая возможность переноски сот.
– Да они отлично влились в нашу большую и дружную семью, – заметила Мимзи.
– Подобно вам, демонам и грешникам, ангелы тоже не состоят из одних отрядов зачистки. Мы также хотим жить и радоваться жизни, занимаясь любимым делом и принося пользу.
– К слову, – потёр подбородок гей, повернувшись к ангелице, – У Вас ведь тоже была какая-то роль?
– Мой чин контролирует водные потоки, – вежливо ответила ему Анахита, – Учитывая, что в раю мы все питаемся льдом и водой, я всё равно что готовила, только из одного ингредиента. Было очень скучно, по правде говоря.
– Так вот почему Вы рванули к нам, – хохотнул Энджел, – О, кажется, Черри пришла… Эй, Чер, ни за что не угадаешь, кто прочёл твои подарки!
Аластор и Анахита понимающе переглянулись.
– Я к Хаску, – указала направление собственного исчезновения с горизонта Мимзи, – С нетерпением жду ваши кулинарные шедевры.
– Мы и правда мало говорили, сынок, – заметила ангелица, заходя на кухню и сверяясь со списком продуктов.
– Тебя это волнует, мама?
– Нет, мне нравится слушать, как ты мурлычешь себе под нос мои любимые мелодии, как и много лет назад, – она тепло улыбнулась, смазывая сковороду маслом, – Думаешь, мы что-то упускаем?
– Не всё зависит от слов. Теперь, когда ты знаешь о моей жизни всё, мне как-то и добавить нечего… Должно быть, мы слишком привыкли к жестам и полунамёкам во время твоей болезни, – Аластор грамотно выстроил чашки со специями и теперь готовился сделать ароматный кляр.
– Должно быть, милый… Я волнуюсь за вашу экспедицию. Точнее, знаю, что вы с Чарли – благоразумные взрослые демоны, но… Это материнское волнение, понимаешь?
– Я сделал всё возможное, чтобы подготовиться к практически любому развитию событий, – лорд зевнул, демонстрируя свои поистине тигриные клычищи.
– Будь с ней… осторожнее, ладно?
Оба уха с чёрными чашечками окантовок сразу повернулись к ангелице:
– О чём ты, мам? Если о когтях и зубах, то я хожу с ними уже не первый год, и знаю, как никого не ранить… Или ты о другом?
Анахита интригующе замолкла.
– Видимо, ты что-то знаешь… Вот невесело будет тому отморозку, когда я его найду! – сквозь голос Ала прорвались режущие ухо радиопомехи.
– Не делай этого, милый! Ты обещал!
– Обещал, но я обещал и Маверику, что если встречу его в тёмном переулке, ему конец. Не волнуйся. Я знаю, как решать подобные проблемы. Что он делал с Чарли? Хотя я, кажется, догадываюсь. Она дрожит, когда я обнимаю её за талию… Не молчи, матушка. Назови мне хоть одну причину, чтобы не убивать этого засранца.
