– Здесь и правда есть истории болезни! – указала она. – Смотри, тут была девочка Лиза с тяжелой формой ДЦП… бедная, всегда их так жалко! Она тоже была на инвалидной коляске, как и твое Существо, вдвоем им, может, проще было! Еще была Людмила с синдромом Дауна… Ты что-нибудь нашел?
– Имена, которые раньше не слышал. Похоже, Гурьев собирал информацию обо всех, кого они с женой курировали, не только об удочеренных. Ну и тут есть данные о погибшей девушке, Тоне… Сказано, что она умерла от падения с крыши и что это был несчастный случай.
– Печально, – вздохнула девушка-птица. – Ну а про Существо-то хоть одна страничка есть?
Но страничек про Существо не было. Наверняка у нее была такая же внушительная история болезни, как у остальных, только вот теперь от этой истории ничего не осталось. Ее операции, все, через что она прошла… Все исчезло!
– Не понимаю, кому могло такое понадобиться! – поразилась девушка-птица. – Да настолько, что он на преступление из-за этого пошел!
– Тому, кто, как и я, знает, что она опасна.
– Список получится небольшой. Глядя на нее, вот честно скажу, я бы не поверила, что она такое может!
– В этом вся соль. Но когда знаешь это, хочется понять, откуда такие способности.
– Это ты знаешь… А кто еще?
На ум приходило только одно имя…
– Андреев.
– Серьезно? Престарелый профессор полез в чужой дом? – поразилась девушка-птица.
– Чтобы вскрыть замок, не нужно обладать большой силой.
– Но нужно обладать должной безбашенностью!
– По-моему, Андреев лучше моего знает, что на кону. Хотя не факт, что это был он. Возможно, Существо успело навредить кому-то еще. Но с Андреевым мне все равно придется поговорить.
– По твоим рассказам он кажется каким-то стремным!
– Он и есть стремный. Ты же видишь, с чем я работаю: знания приходится добывать по крупицам.
– Понятно, – задумалась его спутница. – Слушай, а роль твоей сообщницы предполагает, что я должна только ходить и поддакивать? Или мне разрешено иметь свое мнение?
– Чего ты придуриваешься? – укоризненно посмотрел на нее Никита. – Я буду рад услышать твое мнение!
– Ты, знаешь, пока работаешь только с теми, кто это Существо не любит…
– Так ее все не любят!
– Очень может быть. Но мой опыт показывает, что у истории обычно две стороны. Чтобы по-настоящему в чем-то разобраться, нужно выслушать обе, а не сразу обвинять.
– Я обвиняю не сразу, а после того, как в моем доме поселился дьявол, – сухо напомнил он. – Да и кто тут может быть второй стороной? Существо? Оно со мной не разговаривает, слова мне не сказало!
– Я не о ней говорю. Вот, смотри. – Девушка-птица кивнула на семейную фотографию под треснувшим стеклом. – Эти люди прожили с Существом год, они многое знают.
– А как я, по-твоему, вышел на эту квартиру? Я уже говорил со Светланой Гурьевой!
– Но только с ней. Если верить материалам, которые остались в кабинете, минимум одна из этих девушек, воспитанниц, была вменяемой, та, что с ДЦП. Попробуй поболтать с ней, может, что интересное узнаешь. А мне пора, я тут заигралась с тобой во взломщицу!
Он знал, что до этого дойдет. Она оказалась тут случайно, у нее своя жизнь, ее вообще не должно быть рядом! Но когда настал момент расставания, Никита почувствовал чуть ли не панику – и поразился сам себе.
– Так ты исчезнешь – и все? – спросил он, стараясь казаться безразличным. – Я тебя больше не увижу? Или снова будем надеяться на милость судьбы?
Она хитро покосилась на него:
– А ты хочешь увидеть меня снова?
– Хм… не отказался бы.
– Тогда дай руку.
Она огляделась по сторонам и нашла шариковую ручку. Никита протянул ей руку, и девушка-птица написала ряд цифр прямо у него на ладони. А ведь могла бы набрать номер на его телефоне! Но нет, для нее это было бы слишком просто.
– Держи, – улыбнулась она. – Не подписывай именем, просто запомни номер. Если тебе однажды понадобится помощь медиума – звони мне.
Он кивнул. Из подъезда они вышли вместе, у Никиты тоже не было причин задерживаться в доме Гурьевых. Потом его спутница куда-то упорхнула, скрылась в толпе, даже не обернувшись.
Он не был обязан точно выполнять ее инструкции, он ей такого не обещал. Он все-таки переписал номер в память телефона и добавил имя – «Птица».
Приятно было выбраться из дома и хоть ненадолго забыть о проблемах. Ульяна не любила спортивные соревнования, ей казалось, что на нее даже в зрительских рядах смотрят с осуждением. Но на матчи команды Никиты она ходила всегда и, глядя на него, забывала обо всем.
Диана, конечно, тоже была здесь, она не могла не прийти. Ульяна опасалась, что девчонки попытаются отыграться на ней за то, что случилось в ее доме. Однако они делали вид, что ничего не произошло. Они носили парики и платки, отшучиваясь, что теперь это модно. Но и с Ульяной они больше не общались, они ее попросту игнорировали.
Она было решила, что это из-за наркотиков: они просто боялись встречных обвинений. Однако скоро выяснилось, что у Дианы есть и другие причины помалкивать и изображать ангелочка.
