И Нагато решился, нет, не так, он вложил в этот ментальный толчок опровержения права практически всю свою ментальную силу, в буквальном смысле слыша, как трещат ментальные щиты альфы. Нет, Нагато не был альфоненавистником и не имел ничего против персоны самого Яхико, разве что против его непрезентабельного внешнего вида и самоуверенности, но это было дело принципа – никогда и никаких альф для постоянных отношений. Это был не тезис и не пунктик, это была клятва, которую омега дал сам себе много лет назад и которой он неусыпно придерживался, и ломать свои приоритеты ради какого-то альфы, тем более не понравившегося ему, Узумаки не собирался. Просто смысла не было, ведь только альфа узнает о его особенности, он сам уйдет, не оглядываясь, а зачем им обоим обременительные, а для кого и болезненные проблемы?
Две ментальных волны схлестнулись в воздухе, одна напирала – вторая защищалась, причем защита дрогнула, но, пожалуй, только потому, что Намикадзе был не готов к столь несвойственному для омег отпору, поэтому-то он и пропустил несколько ударов. Или, может, он сделал это сознательно, дабы оценить силу строптивого омеги? Честно сказать, Нагато было все равно, он хотел, чтобы альфа поскорее ушел и оставил его в покое, наедине с диссертацией, которая волновала молодого ученого больше, чем какое-то там право на ухаживание.
- Щекотно, - Яхико отступил на шаг, окружая себя плотным ментальным щитом и вновь улыбаясь, причем в его глазах сразу же загорелся такой неподдельный азарт, что Узумаки, нахмурившись, тоже свернул свое биополе и скрестил руки на груди, определенно не собираясь уступать
- Все ещё желаете повторить свое заявление о праве на ухаживание? – Нагато горделиво вскинул голову, уже примерно зная, каким будет ответ, но и не расслабляясь, будто чувствуя, что ментальная дуэль может возобновиться в любую минуту
- Определенно! – Яхико был в восторге, ведь он ещё никогда не встречал таких ментально сильных, таких красивых и так одуряюще пахнущих омег, и это будоражило кровь, распаляло сущность, вызывало жгучий интерес, к тому же, альфа не мог не подметить ещё кое-что и был слегка удивлен, что этого элементарного и столь важного факта одновременно не заметил Нагато. – Теперь это не просто право на ухаживание! Я хочу, чтобы ты, Нагато-кун, стал моим супругом!
- Что? – Узумаки вскипел, причем моментально, молниеносно, неистово, растеряв весь свой контроль, всю свою сдержанность и больше не ограничивая себя в ментальной силе. – ДА КАК! ТЫ! СМЕЕШЬ! ТАКОЕ! ГОВОРИТЬ! – Нагато хлестал альфу после каждого слова и одновременно делал шаг вперед, хлестал от души, вымещая на нем всю свою обиду и злость. Слова Яхико показались ему чуть ли не кощунством, ведь они разговаривали всего каких-то пять минут, а альфа уже сделал такое заявление. Ну, и что, что он альфа? Что меняет тот факт, что у них разный статус? Они оба мужчины, свободные люди, граждане, в конце-то концов, и это равенство не дает альфе права сыпать соль на его старую рану, не дает права измываться над ним, не дает права лгать и обманывать, не дает права вселять уже давно утраченную надежду.
Яхико сразу же понял, что сказал что-то не то, что-то, что разозлило омегу и от чего он сейчас так бесновался, растрачивая свою ментальную силу. Нет, за себя Намикадзе не боялся, ведь его ментальные щиты выдерживали и не такие атаки, а вот Нагато навредить он боялся: держать ментальный щит и сдерживаться, чтобы не ударить в ответ, было сложно, тем более, учитывая то, что омега сам, все усиливая и усиливая частоту ударов, провоцировал его вступить в ментальную борьбу. За несколько коротких секунд в голове у альфы пронеслась сотня мыслей и все они были разнообразны и сменялись одна хуже другой, но Яхико не спешил делать какие-либо выводы, остановившись на том, что если он – причина гнева омеги, то эту причину нужно устранить, пока не стало поздно, то есть, пока Нагато не истощил энергетические запасы своего биополя.
В новый ментальный щит Яхико вложил много энергетики, но только лишь для того, чтобы иметь возможность подойти к омеге близко. Он обнял Нагато, естественно, против его воли, чувствуя, как тот трепыхается в его объятиях, как норовит ударить его не только ментально, но и молотит кулаками по бокам, при этом бормоча несвязные проклятия в его сторону. Яхико корил себя за опрометчивость, за то, что не смог сдержаться и вот так вот огорошил своего омегу, даже не удосужившись познать его как личность, поэтому-то он и решил пока что отступить.
- Дай мне время, Нагато, и я тебе докажу, - прошептал на ухо дернувшемуся в его объятиях мужчине Намикадзе. – Я докажу, что мои чувства к тебе неподдельны и что я достоин ответа на них
