- Хаку – моя матка, - с издевкой в голосе выплюнул эти слова Момочи, дергая за именной ошейник, демонстрируя правоту своих слов и тем самым ещё больше распаляя красноволосого, - но у вас есть шанс спасти его от этой участи, - альфа брезгливо оттолкнул от себя мальчишку, от чего тот плюхнулся на пол плашмя, а Акасуну пронзила новая волна физической боли в груди. – Ваше согласие, Сасори-кун, в обмен на его свободу, - мужчина победно хмыкнул. – Выгодная сделка, не правда ли?
- У меня нет ни малейшего повода доверять тебе, Момочи, - Сасори больше не разменивался на уважительные приставки и отбросил все то раболепство, которое вынужден был терпеть. Его маскировка раскрыта, он больше не бета в глазах этого мужчины, он снова альфа, сильный, готовый защищать свое, и он будет защищать до победного, даже до последнего вздоха, он обязан защитить своего Истинного омегу
- И не нужно, - Забудза фыркнул, нарочито сильно дернув за цепочку, чтобы мальчишка вновь сел перед ним на колени, что омега незамедлительно и выполнил, что ещё больше взбесило Акасуну. – Вы соглашаетесь сотрудничать, а я, в свою очередь, передам Хаку в Омежью Келью и буду наблюдать. Если вам вздумается разорвать наш договор, или же предпринять какие-нибудь необдуманные действия по отношению к моей матке, или же подключить связи Учих, то я в любой момент смогу отдать приказ, чтобы мальчишке перерезали глотку, хотя, - альфа хищно усмехнулся, - не факт, что изголодалые по близости беты выполнят этот приказ в ту же минуту
- Думаете, мне есть дело до судьбы этой подстилки? – шаткий ход, конечно же, учитывая то, что только что он чуть ли не заявил свое право на свободного омегу, но попробовать все же стоило, хотя в тот же момент Акасуна отчетливо почувствовал боль от унижения, но с этим он разберется потом, когда придумает, как спасти свою Пару
- Не думаю – вижу, - Забудза, очевидно, больше не видя смысла в продолжение разговора, встал, до звона натянув цепь и заставив мальчика подняться следом. – В вашем распоряжении неделя, а после я потребую ответ на свое предложение
- Сомневаюсь, что оно изменится, - гордо бросил красноволосый, хотя и понимал, что в данный момент он проиграл. Конечно, можно было вступить с альфой в ментальную или же физическую стычку, но Акасуна опасался за омегу: в битве двух сильных альф тот определенно мог пострадать, тем более не факт, что столь гнусный тип, как Момочи, не прикроется им, как живым щитом
- И, тем не менее, - Забудза уже подошел к двери и даже вытолкал за неё безропотного омегу, когда, очевидно, не удержавшись, обернулся, в победной ухмылке добавляя. – Я же говорил, Сасори-кун, что найду ваше слабое место
Альфа ушел, и Сасори, наконец, усмирив бунт своей сущности, грузно плюхнулся в кресло, пытаясь обдумать и придумать. Красноволосому и так было понятно, что каким-то образом Момочи узнал, что он – альфа, хотя, если учесть все детали, это было не так-то и сложно, всего лишь нужно было проследить его родословную, а вот как этой мрази удалось найти его Истинного, Акасуна не мог понять. Вряд ли, идя сюда, Забудза знал об этом факте, этого никто не мог знать, только боги, но, похоже, мужчина рассчитывал на то, что Сасори, как добропорядочный альфа, проникнется к мальчику сожалением или же среагирует на запах предтечного омеги, хотя это и был отчаянный ход, ведь, не окажись Хаку его Истинным, Акасуна и пальцем бы не пошевелил ради него, как бы гнусно это не звучало. Но, как бы там ни было, факт оставался фактом – он встретил своего Истинного, свою Пару, но тот был маткой, омега принадлежал другому, и ещё не известно, за что же он все-таки получил имя. Похоже, боги вновь испытывали его, подарив столь болезненное счастье, но Акасуна уже давно не полагался на вседержителей и не внемлил их воле, он привык все делать по-своему, порой рискуя и принимая опрометчивые решения. Момочи думает, что победил? Хорошо, пусть думает, но Сасори не намерен отступать, по крайней мере, не после того, как наконец-то встретил своего Истинного, но и методы по его спасению должны быть радикальными, а значит, ему вновь понадобится помощь Итачи.
