Новая ментальная волна со стороны красноволосого была рассеяна небрежным взмахом руки Учихи, оставив после себя черный клубящийся след. Акасуна дрогнул: сущность протяжно взвыла внутри, не желая подчиняться, но тут же покорно опустила голову, признавая силу Древнего, уступая мощи альфы, покоряясь более сильной сущности, которая, отделившись от своего носителя, возвышалась над брюнетом размытым энергетическим образом, при этом полностью признавая власть альфы над ней. Сасори, рыча и хрипя, содрогаясь всем телом и расплескивая свою энергетику, покорно опустился на колени, а после стал на четвереньки, сверкая злобным взглядом, но все-таки прижимая голову к полу и открывая доступ к своей шее, как это в Далекие Времена делали их предки, подчиняясь вождю и вверяя ему свою жизнь. Итачи, не спеша и все так же удерживая вокруг себя видимую ментальную сферу, подошел к красноволосому и стал подле него, свысока рассматривая покорно преклонившегося перед ним альфу. Брюнету было достаточно лишь одного ментального удара, чтобы сразить своего противника, но вместо этого он, хмыкнув, начал вбирать в себя вихрящуюся энергетику друга, которая, впитываясь в его биополе, растворялась в нем, превращаясь в его собственную и ещё больше увеличивая силу альфы.
Всего несколько минут, и биополе красноволосого, истощившись, свернулось в едва осязаемый комок, а сам Акасуна упал на пол, скребя по нему ногтями, не в силах подняться. Итачи свернул свое биополе плавно и мерно, его глаза постепенно приобрели свой естественный цвет, а энергетика вновь стала спокойной и мирной. Учиха, прочувствовав ситуацию и убедившись, что угроза миновала, присел возле друга на корточки, молча и пристально всматриваясь в пустые и ничего не выражающие глаза красноволосого.
- В третий раз, Учиха… - прохрипел альфа, даже не пытаясь подняться и четко осязая, что его энергетические резервы истощены до предела, – ты победил меня в третий раз
- Боги любят троицу, Акасуна. – не без иронии ответил брюнет, улыбнувшись уголком губ, а после снова став серьезным. – А теперь, друг, поговорим, как мужчины.
Дейдара очень волновался и за супруга, и за друга, прекрасно зная, что ментальная стычка между альфами – это смертельно опасное состязание, в котором один из противников вполне может погибнуть, но Итачи заверил его, что все будет в порядке, да и новые ментальные способности, которые, честно сказать, пугали омегу, вселяли надежду, что все разрешится благополучно. Но, как бы там ни было, сейчас у блондина было более важное задание, которое ему доверил супруг, когда они ехали к Акасуне, и суть которого была не из легких. Итачи сказал ему, что Сасори нашел своего Истинного, но тот оказался маткой, к тому же, похоже, не умел контролировать свою сущность и с легкостью поддавался природным инстинктам, чем и вызвал бешенство красноволосого. Дейдара усердно пытался переварить эту информацию, чтобы понять, как же ему правильно подступиться к мальчику, а после решил действовать по обстоятельствам, надеясь, что два с половиной курса медицинского образования и омежьи инстинкты посодействуют ему в оказании помощи фактически ребёнку.
Провернув ключ и вздрогнув от собственных ощущений, которые твердили, что супруг в опасности, Дейдара все-таки толкнул дверь в комнату, заверяя себя, что с мужем все будет хорошо, а его вмешательство может только усугубить ситуацию. Увидев лежащего на полу, худенького, обнаженного мальчишку, на попке которого все ещё красовались следы недавней порки, блондин нахмурился и сжал пальцы в кулаки, при этом не заметив, как резко всколыхнулось его биополе.
- Я лично наподдам этому уроду, - сквозь зубы процедил омега, а после, отложив сумку с медикаментами, подошел к мальчишке и не без усилий перетащил его на кровать, сразу же прикрывая брюнета тонким покрывалом
- Домашний тиран, чтоб его, - увидев внушительный синяк на лице мальчика, снова проворчал Дей, при этом смачивая ватку нашатырным спиртом и аккуратно поднося её к носу омежки
Мальчишка сперва поморщился, а после, чихнув, открыл глаза, сперва неосознанно, а после насторожено посмотрев на склонившегося над ним блондина. Дейдара, присев на кровать, отчетливо почувствовал страх, хотя, в принципе, иного он и не ожидал. Мальчик смотрел на него боязно, не решаясь даже моргнуть, его биополе было тоненьким, покрытым сетью мелких трещин, а сущность едва ощущалась, и только усилившийся запах течки ярко свидетельствовал о том, что омега чувствует себя сносно. Блондин мысленно ещё раз обругал Акасуну, подобрав ему парочку самых лестных эпитетов, а после, собравшись, улыбнулся мальчишке, пытаясь расположить его к себе и понимая, что сперва нужно завоевать доверие этого затравленного зверька.
- Привет, меня зовут Дейдара, - омега цепко следил за мельчайшими изменениями в брюнете, так как вновь ярко почувствовал, настолько тому физически больно и ментально дискомфортно. – А ты – Хаку, верно?
Мальчик, секунду поразмыслив, кивнул, а после, очевидно таки поняв, что угрозы нет, осмелился заговорить
- Вы омега, да?
