- Плохо, - Якуши медленно поднялся с дивана и так же неторопливо подошел к вмиг задрожавшему брюнету. – Истерики – это плохо, - бета, приподняв голову мужчины, пронзительно посмотрел ему в глаза
- Да, господин, - едва слышно ответил омега, которого от такого бесчувственного и пристального взгляда начала бить ещё более крупная дрожь. Биополе мужчины прогнулось, будто на него сейчас сильно надавили ментально, а сущность замерла внутри, не менее покорно уступив обычному человеку.
- Ты будешь наказан, - как вердикт, произнес Кабуто, после чего позволил брюнету опустить голову, отойдя на пару шагов. – И не вздумай менять позу
Бета куда-то вышел, а Орочимару лишь выдохнул, так и оставшись покорно дожидаться своего господина. Это был позор и извращение, но, тем не менее, это было и особым секретом, и главной слабостью омеги, которая ему досталась в наследие от насильника, которого так и не нашли. Его психика была сломлена издевательствами и побоями, а то, что пережил мужчина почти 60 лет назад, до сих пор коверкало ему жизнь, причем именно личную, интимную, ведь, оказавшись в постели с партнером, он не мог испытать удовольствие, пока чувствовал себя с ним на равных. Сперва Орочимару стыдился своих наклонностей, закрывался и отгораживался ото всех, подавляя желание и консультируясь с лучшими психиатрами страны. Но никакие препараты и тренинги так и не помогли ему полностью излечиться от «болезни», не смогли избавить от необходимости подчиняться партнеру, не в силах были перекроить то, что уже сроднилось с его слабой сущностью.
Когда омега уже совсем отчаялся, один из докторов, точнее сказать, бывший корпусник-психоаналитик в отставке, который занялся врачебной практикой, посоветовал ему попробовать найти себе «господина». Орочимару сперва не совсем понял суть этого слова, но доктор довольно умело её объяснил: нужно найти партнера, который сможет подчинять, но при этом будет полностью контролировать себя, дабы не нанести реальный вред, то есть, это была своего рода игра, в которой главными героями были господин и его раб. Мужчина долго не решался последовать совету доктора, но все же он понимал, что до самого завершения своего жизненного цикла бегать от самого себя глупо, да и любому омеге, у которого установился регулярный течный цикл, просто жизненно опасно постоянно принимать подавляющие.
Конечно, много попыток найти именно того партнера были неудачными: либо альфы презренно относились к его наклонностям, бросая, либо были слишком грубы и неосторожны, либо все-таки уходили к тем, кто мог родить им ребёнка, а потом он встретил Якуши Кабуто. О своей «болезни» и необходимости подчиняться в постели он рассказал парню сразу же, чтобы тот мог заранее отказаться от отношений, но, к его огромному удивлению, именно этот бета и оказался «тем самым», очень внимательным, но при этом умелым господином. Омега думал, что он, как особь с ментальной силой, не сможет подчиняться именно бете, но, похоже, дело было не в ментальном давлении, ведь альф он не страшился и мог свободно им перечить, дело было в теле и сознании, которым была нанесена непоправимая травма.
Приглушенные шаги вновь заставили омегу вздрогнуть, а уже пару секунд спустя он увидел перед собой ноги своего господина. Так хотелось поднять голову и посмотреть на обнаженного бету, который, определенно, уже возбудил себя, хотелось увидеть его член, который по размерам не уступал плоти альфы, и его тело в целом, которое было более чем заманчиво в рельефе своих мышц, но это для него, для раба, была непозволительная роскошь. Да, беты по своей природе слабо возбудимы, и Орочимару знал, насколько его сожителю тяжело с ним, с омегой, тем более в период течки, но Кабуто никогда не упрекнул его по этому поводу и всегда, по малейшему требованию или намеку, даровал ему удовольствие, что наталкивало мужчину на мысль, что, возможно, этот бесчувственный бета на самом деле что-то испытывает к нему.
- Руки, - властно приказал Якуши, и брюнет не мог не подчиниться, покорно вытянув руки, которые ту же были связны прочным, но мягким, кожаным поясом. Само ощущение скованности вызывало волны возбуждения, которые накатывали на мужчину все сильнее и сильнее, ломая искусственные барьеры подавляющих и подстрекая предвкушение. По телу прокатилась уже знакомая дрожь: вожделение смешанное с покорностью, - и одного этого колкого ощущения было достаточного, чтобы Орочимару безумно захотелось почувствовать своего бету в себе.
