- Ты… - Киба запнулся. Он понимал, что альфа говорит правду, осязал его эмоции и чувства, понимая, что мужчине тоже больно, но внутри Хидана был, казалось, неломаемый стержень, за который можно было уцепиться и ему. Да, потеря ребёнка – это очень больно, и это невозможно забыть, от этого невозможно отгородиться и это будет с ним всегда, но именно сейчас ему предлагали разделить эту ношу, подставляли свое сильное плечо, но не только для того, чтобы поплакаться, а и для того, чтобы опереться на него, чтобы вновь почувствовать под ногами земную твердь и чтобы поставить рядом и свое плечо, преодолевая все преграды вместе. Честно сказать, Киба не ожидал подобного от альфы, от бывшего корпусника, от человека, который никогда не говорил ему ничего и близ подобного, Хидан вообще мало говорил о своих чувствах, а тут такая разительная перемена. Может, альфа, и правда, смог его полюбить, даже несмотря на его ущербность и слабость духа? Может, он не говорил об этом только потому, что считал, что действия красноречивее любых слов? Пожалуй, так оно и было, но все равно это не отметало тот факт, что для любимого человека он будет обузой, что Хидану придется уделять ему намного больше внимания, отвлекаясь от работы, что у них будет ещё много подобных потерь, и, возможно, утешение в виде маленького комочка жизни так и не наступит. Киба не мог сказать, что готов ко всему этому, потому что он не привык бороться, ведь даже в их отношениях именно Хидан напирал своей наглостью и своим желанием быть рядом, а он, Инудзука, просто принял все, как данность. Не означало ли это, что он потерял ребёнка потому, что отказывался бороться? Да, он проходил курс лечения, но как он его проходил? После назиданий друзей и под скрупулезным взглядом альфы, а так, сам, он бы ни за что не решился что-то изменить, ведь сетовать на свою неудавшуюся жизнь было привычнее и проще, чем бороться. Все-таки жалок – такой вывод сделал Киба, всматриваясь в глаза альфы, видя в них непоколебимость и, пожалуй, уверенность в том, что их совместное счастье стоит этой борьбы.
- Прости, - наконец-то пролепетал Инудзука, старательно отводя взгляд, - просто это… - омега уже в который раз скомкал больничную сорочку на животе, - это было слишком больно, ведь я даже не успел почувствовать, как это – носить под сердцем ребёнка, и сразу же его потерял
- Ещё почувствуешь, - с легкой улыбкой на губах от понимания того, что омега принял его, сказал Хидан, а после аккуратно помог шатену усесться поудобней, подложив ему под спину подушку и, в знак поддержки, сжав его ладонь в своей, - но для этого нам нужно кое-что поменять
- Что? – с некой опаской спросил Инудзука, позволяя альфе прикасаться к нему ментально. Менять что-то было страшно, но шатен чувствовал, что это необходимо, ведь, иначе, порядок вещей не изменится, и все вновь повторится, к тому же, теперь он был уверен, что Хидан действительно не бросит его. По какой причине? Кто его знает, но Киба впервые решил довериться своим омежьим инстинктам, которые твердили, что именно с этим альфой он сможет преодолеть все.
- Когда тебя выпишут? – поинтересовался Хидан, поставив себе на заметку лично и с глазу на глаз переговорить с Цунаде Сенджу, чтобы разъяснить все детали касательно здоровья его омеги
- Через пару дней, - ответил шатен, подавив в себе новый приступ боли, - потому что после… - глубоко вздохнув, Киба все-таки смог подобрать подходящее слово, - случившегося мне снова нужно будет пройти курс лечения с некоторыми изменениями
- Плохо, - пробубнил Хидан, озадачено взлохматив волосы на затылке, но, почувствовав смятение со стороны омеги, тут же поспешил исправиться. – Нет, это хорошо, конечно же, просто… - мужчина замялся, что явно не соответствовало образу уверенного альфы, - просто так я не успею подготовить сюрприз
- Сюрприз, - Инудзука не спрашивал, он укорял, укорял тем, что Хагоромо снова что-то там удумал, пусть это и был сюрприз, но, уже успев изучить корпусника, шатен и так понял, что за этим словом кроется что-то масштабное
- Помнишь, я тебе говорил, что у меня есть квартира в центре? – осторожно, будто боясь сказать что-то не то, начал Хидан, тем не менее, ментальный кокон не убирая, но очень четко его контролируя
- Помню, - ещё бы Инудзука не помнил, ведь он сам часто думал над этим, и то, что альфа затронул именно эту тему, натолкнуло омегу на мысль, что, очевидно, мужчина готовил их переезд в эту самую квартиру
- Я её продал, - как на исповеди, выдохнул Хагоромо, опасливо покосившись на шатена, биополе которого сразу же взметнулось
- Что?! Зачем?! – это был не сюрприз, это было что-то необъяснимое и выходящее за грани понимания, или же… или же альфа это сделал для того, чтобы выручить деньги на его лечение?
