Честно сказать, что-то подсказывало Мангетсу, что брат прекрасно знает, кто отец ребёнка, но при этом сознательно отказывается назвать его имя, следовательно, этот альфа из какой-то влиятельной семьи, что может повлечь за собой не очень приятные последствия, и именно поэтому он собирался настаивать на аборте. Если его догадки верны, если альфа, не дай боги, принадлежит к одному из шестерки великих кланов, если об этом узнают, то их просто сотрут в порошок, если это Хьюго, Учихи или Собаку, или же лишат статуса клана и присоединят к себе на правах рода или семьи, если это Сенджу, Намикадзе или Узумаки, поэтому единственно-правильным решением будет избавиться от ребёнка, который мог стать угрозой. Да, ситуация вырисовывалась не самая радужная, поэтому нужно было действовать быстро. Сперва найти неприметную, но хорошую клинику, где Суйгетсу сделают аборт, а после спрятать его в Омежьей Келье так же, как и четыре года назад, когда, после смерти папы, ему удалось спрятать брата от недоброжелателей, которые хотели возглавить клан и пытались уничтожить прямых наследников. Пришлось стать подонком в глазах собственного брата, но оно того стоило, поэтому побыть негодяем ещё раз у него получится с легкостью, а года вполне должно хватить, чтобы неизвестный альфа и думать позабыл о своем любовнике.
- Мангетсу… - альфа поднял голову и тут же глубоко вздохнул, понимая, что его супруг тоже не будет стоять в стороне и, скорее всего, будет защищать омегу, отстаивая его право выносить и родить ребёнка. Впрочем, он мог понять Чоджуро, и не только как омегу, но и как человека, у которого тоже была тяжкая судьба, и который теперь всеми силами пытался помогать другим.
Ходзуки посмотрел супругу в глаза, видя в них решительность и готовность к серьезному разговору, и снова вздохнул, подумав о том, что быть главой клана куда проще, чем быть братом, мужем и отцом. Нет, он любил Чоджуро, по крайней мере, теперь, но пять лет назад они поженились по расчету, скорее, можно так сказать, ему это брак навязали. Омега был выходцем из западного клана Хаюми, и впервые он увидел этого, тогда ещё пятнадцатилетнего, мальчишку на небольшом приеме, на который он сопровождал приглашенного туда папу. Его просто заинтересовал этот нескладный, хрупкий и зашуганный омежка, заинтересовал тем, что он явно отличался от своих сородичей не только внешностью, а и стилем поведения, но не более. Но его минутный разговор с омежкой, который едва осмелился сказать ему свое имя, был расценен иначе, и в тот же вечер он уже был помолвлен, более того, вез в свой дом будущего мужа. Тогда, конечно же, Мангетсу возмутился: мало того, что мальчику всего пятнадцать, так он ещё и болезненный оказался, - но после поостыл, узнав всю подноготную.
Чоджуро, и правда, был слабым и болезненным ребёнком, от которого клану не было бы никакого проку, к тому же, особой красотой мальчик тоже не блистал, поэтому, как только у омеги пошла первая течка, его тут же решили выдать замуж. Так Чоджуро и стал его супругом в шестнадцать лет, в чем подсуетились сами Хаюми, ведь браки-то разрешены с восемнадцати лет, хотя бывают и исключительные случаи, коим, по документам, и оказался этот омежка. Самому Мангетсу тогда было 23, а Суйгетсу был всего на два года младше нового родственника, так что получилось так, что эти омеги, дети, очень сблизились, а альфа только озадачено смотрел на своего супруга, не зная, как к нему подступиться. Но шло время, Чоджуро перерос свою детскую болезненность, стал вполне симпатичным омегой, и между супругами появились чувства. Нет, это была не та любовь, о которой взахлеб рассказывают юные омеги, трепеща от восторга и новых ощущений, это было что-то более глубокое, доверительное и взрослое, то, что и дало жизнь их сыну. И вот теперь, смотря супругу в глаза, альфа просто не мог отказать этой немой просьбе, потому что любил и уважал этого омегу, который всегда оставался рядом с ним, даже в самые опасные минуты, и помогал, чем мог.
Не говоря ни слова, Мангетсу тяжело поднялся с кресла и медленно начал подыматься по лестнице, будто каждый шаг соответствовал потоку мыслей в его голове, хотя по пути он все же успел прильнуть к губам супруга, выражая благодарность. Да, альфа считал, что его виденье ситуации было самым правильным, но при всем при этом он упустил очень важную деталь – беременный омега, если это здравый омега, конечно же, будет защищать свое потомство любой ценой, а Суйгетсу собирался защищать, и это было понятно хотя бы по тому, что он не сделал аборт самостоятельно.
Легонько толкнув дверь в комнату брата, которая отворилась без скрипа, Мангетсу видел омегу, лежащего на кровати и что-то высматривающего в телефоне, хотя, скорее всего, тот просто пытался чем-то занять руки, поскольку его брови были нахмурены, а взгляд задумчив и серьезен. Глава клана только покачал головой, понимая, что он ещё пожалеет о своем решении, но не все же время ему быть рационалистом? Изредка нужно поступать и так, как велит сердце.
