- Отчего же? – полюбопытствовал Собаку, поддерживая разговор, в котором нуждался и он, ведь его биополе сейчас тоже было опасным, оно поглотило слишком много энергетики своего повязанного, и она все ещё циркулировала в нем, так что альфа сегодняшний день, как и все дни до этого, решил тоже провести в клетке, дабы никому не навредить по глупой случайности
- Сначала опасался, потом как-то завертелся на двух работах, а после… - Наруто вздохнул и, открыв глаза, посмотрел на аловолосого, после чего сразу же сменил тему разговора, так как пока что, даже другу, он не мог открыть свои истинные чувства к омеге, силы и крепости которых он и сам опасался. – Ты бы видел моих родителей в тот момент, когда я официально заявлял свое право на Саске, - альфа едва-едва приоткрыл свое биополе, подмечая, что впервые за всю неделю это далось ему более-менее легко. – Отец гордился своим преемником, мать была в восхищении от моего выбора, но я чувствовал, Гаара, - блондин положил руку себе на грудь, скребнув когтями по коже, - у них внутри по-прежнему страх, глубоко, но все равно он есть, и он там будет, друг, всегда, потому что они знают… - Намикадзе едва сдержался, утихомиривая свои, не к месту разбушевавшиеся эмоции, - знают меня настоящего
- А Дей? – спешно перевел тему аловолосый, чувствуя, насколько болезненно даются эти слова другу, и, тем не менее, успокаиваясь окончательно, когда на этот раз Наруто на него взглянул обычными, темно-синими, человеческими глазами
- Он просто несносен, - фыркнул Намикадзе, подымаясь и садясь точно напротив своего повязанного, прислонившись спиной к холодным прутьям. – Думаю, настолько капризных беременных омег я ещё не видел, хотя, - блондин кривовато улыбнулся, - ты же понимаешь, что все это лишь маска, за которой он прячет свой страх. К тому же, он не простил и никогда не простит меня до конца, хотя больше не боится, - легкая улыбка скользнула по губам альфы, - говорит, что моя сила должна творить чудеса
- Ещё есть время, Наруто, - приободряюще сказал Гаара, тоже едва приоткрыв свое биополе, позволяя излишкам энергетики в нем медленно закручиваться в тугие спирали, которые вскоре, как всегда было до этого, рассеются и станут частью Резервуара Мира. – У тебя… нет, у нас все получится
- Надеюсь, - со вздохом ответил альфа, откидывая голову назад, - вот только, Гаара, сейчас, когда меня не терзает мой собственный зверь, я думаю, что приступ накрыл меня не только потому, что я ослабил барьеры, а и потому, - Намикадзе выразительно покосился на друга, - что Саске теперь признанно мой
- Я, честно сказать, тоже об этом думал, - протянул Собаку, то ли осторожничая, то ли раздумывая, и его биополе медленно качнулось, будто вторя этим плавным словам, - но, задаваясь этим вопросом, так и не смог найти на него ответа, потому что связи, как таковой, между вами ещё нет, а право на ухаживание… - аловолосый пожал плечами, - это всего лишь традиция и слова
- И все же мне нужно быть ещё более осторожным, - стоял на своем Наруто, - тем более, если Саске начнет задавать вопросы, а его сила… - альфа хмыкнул. – Нет, он не сильнее меня, но что-то в этом есть, - блондин задумчиво огладил подбородок, - что-то, что повлекло за собой перемены и во мне, заметь, - Намикадзе назидательно приподнял указательный палец, - даже без права на ухаживание
- Просто он твой омега, - Гаара подчеркнул слово «твой», потому как оно было не просто ключевым, а и могло многое объяснить, - поэтому приступы стали чаще, поэтому изменились твои способности, поэтому твоя сущность столь беспокойна в последнее время
- Возможно, - Наруто и сам не понял, с чем он сейчас полусогласился, то ли с объяснениями друга, то ли с тем, что Саске именно его омега, - но в его следующую течку мне лучше быть от него подальше, иначе… - альфа выразительно посмотрел на своего повязанного. – Даже я не могу предсказать последствий
- Возможно, - так же уклончиво ответил Собаку, у которого на этот счет было свое мнение, хотя в одном он был целиком и полностью согласен с Намикадзе – все последствия предугадать невозможно.
========== Глава 30. Часть 2. ==========
Солнце медленно клонилось к закату, хотя его лучи все ещё были яркими и теплыми, проникая в комнату сквозь большое окно и падая длинной дорожкой на устланный толстым ковром пол. Темари стояла у окна, завернувшись в тонкую простынь, придерживая её на груди одной рукой, и медленно курила, уже третью сигарету подряд, чтобы горечь табака на языке пересилила горечь мыслей, осевших в её душе. Раньше это позволяло отвлечься от беспокойных дум, отгородиться от того, что тревожило её сущность, и вместе с дымом отпустить внутреннее напряжение, но в этот раз почему-то пустота не заполнялась даже отравным дымом.
