Вопрос о классовой структуре античной общественно-экономической формации заслуживает отдельного подробного исследования. В двух словах его не исчерпаешь, потому что происходившее в процессе его развития разорение мелких собственников и арендаторов, на смену которым на поля и в мастерские приходили рабы, очень сильно изменило места и роли важнейших социальных групп античного общества в системе его производственных отношений; на закате античного строя эти места и роли были далеко не такими, как на его заре. В данном очерке мы не будем рассматривать этот вопрос, поскольку для дальнейшего изложения он не имеет никакого значения. Отметим лишь то, что в процессе упадка античного строя иссякают источники, некогда беспрерывно выбрасывавшие на невольничьи рынки много дешевого товара; много земель становятся бесплодными в результате их хищнической эксплуатации; приходит в упадок сельское хозяйство, сходят на нет торговля и городское ремесло, пустеют города, уменьшается население античных государств. Сельское хозяйство становится натуральным, и верховным собственникам земли приходится превращать своих рабов и продолжающих разоряться непосредственных производителей-граждан государства в крепостных. Так античный способ производства переходит в феодализм.
Еще в период расцвета античного строя внутри античных социальных организмов существовали элементы феодализма. Например, в Спарте землю обрабатывали илоты-рядовые производители (военнопленные и их потомки), чья рабочая сила принадлежала государству, причем в меньшей степени, чем у рабов. Илотов нельзя было продать, они имели семьи и т. д. Фигурами того же порядка являлись фессалийские пенесты и критские клароты [cм. 225, с. 11]. Энгельс характеризовал илотов и пенестов как крепостных [399, с. 66; 403, с. 112]. Вопрос: что здесь имеет место — способ производства или экономический
А теперь обратимся к семейным отношениям в азиатском, феодальном и античном способах производства. Коллективизма в них почти нет; те его элементы, которые все же сохранились, очень фрагментарны, рассеянны и носят в высокой степени случайный для данных способов производства характер. Внутри каждой «ячеечной» семьи преобладают, как мы помним, отношения авторитарной собственности и управления. Но даже самые крупные из таких семей-рабовладельческие латифундии-являются лишь малыми клеточками в ткани аграрного общества. Что касается собственности начальников на жен и детей их подчиненных, а также управления воспитанием детей своих подчиненных и половыми отношениями последних со стороны начальников, то эти отношения существуют главным образом в связи со следующими видами деятельности:
обязательное (независимо от воли главы семьи) обучение детей в школах,
решение вопроса о том, какой профессии будет обучаться мальчик или девочка,
разрешение на вступление в брак и подбор будущих супругов,
употребление жен своих подчиненных.