По мнению Энгельса, в данной цитате показана «основная форма эксплуатации, общая всем существовавшим до сих пор формам производства, — поскольку они движутся в классовых противоположностях» [398, с. 159]. Итак, на определенном уровне развития производительных сил (достигаемом еще при первобытном коммунизме — см. литературу о первобытном обществе) работники начинают производить больше, чем это надо для поддержания их самих, их детей, а также нетрудоспособных членов общности. Труд начинает делиться на необходимый и прибавочный; соответственно делится и рабочее время. По мере развития производительных сил содержание необходимого труда изменяется, так как в человеческом обществе «поддержание существования» означает не только поддержание биологического существования, но и обеспечение определенной квалификации рабочей силы, а также потребление некоторой суммы материальных и духовных благ, доступной большинству людей на данной стадии развития производительных сил. Следовательно, чем выше уровень развития производительных сил, тем больше нужно человеку; однако, несмотря на это, до сих пор в истории человечества всегда соблюдался закон — чем выше уровень производительных сил, тем меньше доля необходимого рабочего времени по сравнению с долей прибавочного. Как и кем распределяется продукт прибавочного труда (прибавочный продукт), как и кем потребляется (т. е. кем и на что тратится) — зависит от наличной системы производственных отношений. В классовых обществах он тратится вовсе не только на личное потребление собственников средств производства: это прекрасно знают все ученые, знал это и Маркс (приведенная выше цитата из «Капитала» сама по себе, будучи вырвана из контекста, не вполне адекватно выражает марксовы воззрения по данному вопросу). Во всех обществах прибавочный продукт расходуется на обновление средств производства, накопление и т. д. и т. п. Вопрос в том, кто им распоряжается, кто управляет его распределением, обменом и потреблением. Например, в системе отношений коллективного управления производством, распределением, обменом и потреблением весь коллектив владеет и распоряжается необходимым и прибавочным продуктом как единый субъект. В системе отношений индивидуального управления производством, распределением, обменом и потреблением каждый член группы сам владеет и распоряжается и необходимым, и прибавочным продуктом. В системе отношений авторитарного управления производством, распределением, обменом (данной группы с не входящими в нее людьми и группами: при чисто авторитарных отношениях управления распределением — а именно о таком гипотетическом варианте мы сейчас ведем речь — про обмен внутри группы не может быть и речи) и потреблением к собственности на необходимый и прибавочный продукт, к управлению им больше причастны начальники, чем подчиненные, и авторитарно управляемая группа делится на три части: высшую, члены которой больше причастны к собственности на необходимый и прибавочный продукт и к распоряжению им, чем не причастны; среднюю, члены которой примерно на 50% причастны к собственности и распоряжению необходимым и прибавочным продуктом; низшую, члены которой менее чем на 50% причастны к собственности и распоряжению необходимым и прибавочным продуктом — причем с момента его изготовления. Реальные системы производственных отношений в классовых обществах представляют собою (как мы видим на примере докапиталистических формаций) смесь больших доль авторитарных отношений и маленькой доли коллективных отношений управления в разных пропорциях, причем пропорции различаются и в одной и той же общности на любой данной стадии ее развития — в разных видах экономической деятельности, в разных областях каждого вида и просто в разных группах людей. Соответственно различны и результаты смешения трех типов отношений. В одних случаях весь продукт изначально является собственностью непосредственных производителей, а затем у них безвозмездно изымают прибавочный продукт или доход от его продажи — либо в процессе неэквивалентного обмена, либо без всякого обмена. В других случаях весь продукт изначально принадлежит стоящим над непосредственным производителем руководителям, которые выдают последнему либо доход от продажи необходимого продукта в уплату за рабочую силу непосредственного производителя, либо необходимый продукт в той или иной форме в качестве кормежки. В случае же с рабом потребляемая им кормежка даже не может считаться выданной ему в собственность, поскольку он, и потребляя ее, не распоряжается ею. Однако во всех случаях имеет место нечто общее — авторитарно управляемое распределение, в результате которого непосредственный производитель (или вообще подчиненный) оказывается или остается непричастен к собственности на произведенный при его участии прибавочный продукт (в любой форме, какую только этот продукт может принять — в форме дохода от его продажи, эквивалентных ему по стоимости предметов потребления и пр.), а тот, кто управляет непосредственным производителем (или вообще подчиненным) в данном процессе распределения, напротив, оказывается или остается причастен к собственности на прибавочный продукт в любой форме. Такого рода распределение и является эксплуатацией; управляющий процессом эксплуатации — это эксплуататор46, а управляемый в процессе эксплуатации — эксплуатируемый. Эксплуататор и эксплуатируемый могут быть самими собою либо в одиночку, либо как члены некой организации; при этом нельзя забывать, что эксплуататором может быть не всякий член эксплуататорской организации, а только тот, кто участвует в управлении эксплуатируемыми, кто является по отношению к ним начальником — более или менее высоким. Поэтому, хотя в эпоху монополистического капитализма, когда в системе производственных отношений преобладают отношения авторитарного управления (об этом мы поговорим в следующей главе), нации высокоразвитых империалистических стран действительно являются едиными организациями, возглавляющая которые буржуазия эксплуатирует «третий мир», однако пролетарии этих наций не являются эксплуататорами по отношению к трудящимся отсталых стран — хотя и получают какую-то долю от сверхприбылей, выкачиваемых из «третьего мира» капиталистами своих наций.
