Кибиби последовала за Уки через большие темные деревянные ворота. Перейдя стену, Кибиби ожидала, что все будет похоже на внешнее укрепление, но увидела гораздо больше, чем синее и белое. Не все было льдом. Там были деревья и много маленьких домиков. Все они были круглыми, деревянными, с красивыми остроконечными крышами, построенными с помощью чистой энергии Воды. Как и стена. В центре клана находилась площадь, увенчанная огромным костром. И посреди всего этого, не подозревая о тлеющих углях, которые, вероятно, горели там каждую ночь, стояла ледяная статуя Птицы Дождя, хотя ее черты и сильно отличались от скульптуры в ВАМИС.
Кибиби задумалась, какая из статуй была ближе к настоящему существу.
– Я отведу вас в дом, чтобы вы отдохнули, – сказала ей Уки.
Они пересекли маленький городок. Уки указывала на каждую маленькую конструкцию, гордо объясняя, что это такое. Они подошли к другому концу стены, где стоял небольшой домик. Он был такой же, как и все остальные, из дерева и льда, но Кибиби он показался очень уютным.
Уки открыла дверь и пригласила ее войти.
– Здесь мы обычно приветствуем чужестранцев, – отметила она.
– Таких много? – спросила Кибиби.
Непокорная пожала плечами.
– Волшебников – нет. Обычно это какой-нибудь ученик или эрудит, приехавший ради исследования. Чаще всего с проверкой приезжают офицеры Артии или ЦеРИМа.
Ее тон был спокойным, каким мог быть тон Шина, но Кибиби почувствовала недовольство.
– Чаще бывают другие непокорные, – продолжила она, как ни в чем не бывало. – Иногда они проходят здесь, когда совершают паломничество и хотят изучить наше искусство, – Кибиби нахмурилась. – Южные кланы Воды не привыкли осваивать Воду в ее ледяной форме и часто приходят учиться.
– И вы ходите в другие кланы, чтобы изучать их искусства? – она старалась быть осторожной в своих словах, чтобы не сказать ничего обидного.
Уки кивнула.
– Как вы, должно быть, знаете… – она приподняла бровь. – Непокорные совершают паломничество, чтобы доказать, что они достигли зрелости. Одна из вещей, которую должен освоить взрослый, – это использование чистоты.
– Шин уже сделал это?
Женщина моргнула.
– Конечно, он уже давно взрослый.
Кибиби сглотнула. Шин выглядел не намного старше нее, но теперь оказался полноценным мужчиной?
– Сколько ему лет? – Кибиби услышала свой вопрос и тут же прикрыла рот рукой, совершенно сконфузившись.
Уки даже не моргнула.
– Шин совершил свое паломничество в пятнадцать лет, как это принято в нашем клане, сейчас ему девятнадцать.
Девятнадцать. Кибиби снова сглотнула, сама не зная почему.
– Хотите его увидеть? – затем спросила Уки.
– Я…
Женщина улыбнулась.
– Вам придется подождать пару дней. Сейчас он в отъезде, работает.
Тишина, последовавшая за этим комментарием, была вечной. Но Кибиби не знала, что сказать. Наконец Уки сжалилась над ней.
– Я дам вам отдохнуть. У вас должно быть все необходимое. Завтра утром уже сможете приступить к полевым работам.
Кибиби могла только кивнуть.
За те два дня, что она провела здесь, Кибиби обнаружила, что клан похож на миниатюрное королевство. Вещи назывались по-другому, но здесь был учебный зал для самых маленьких, дом престарелых для тех, кто был нездоров, и командный центр.
Учительница Малана ей очень помогла с подготовкой полевого блокнота, и Кибиби уже заполнила больше половины. Непокорные клана, казалось, были готовы ответить на все ее вопросы, а за Кибиби повсюду следовала толпа маленьких детей, желавших увидеть ее «странную магию». По просьбе Уки она проводила пару часов в день, обучая их языку карри. У непокорных, как и у жителей каждого королевства, был свой язык, но карри был общим для всех. Кибиби узнала, что многих непокорных раздражала необходимость изучать его только для того, чтобы общаться с волшебниками. На самом деле было очевидно, что их раздражало все, связанное с прирученной магией. Раньше говорили, что непокорные живут совершенно независимо, но Кибиби обнаружила, что это не совсем так.
– Учительница Биби, – спросил один из детей, – как сказать «это кушать нехороший»?
Кибиби улыбнулась, услышав такое сокращение. В первый день одна девочка допустила ошибку, произнося ее имя, а остальные подхватили и стали использовать «Биби» как прозвище. Они находились в маленькой комнате с белыми стенами, пушистыми мехами на полу и дюжиной детей, сидевших, скрестив ноги и задрав головы, с глазами, полными эмоций. Кибиби применила заклинание понимания, чтобы понять язык клана, но дети, казалось, были в восторге от того, что говорили на языке ведьм.
– Эта еда действительно тошнотворна, – сказал голос из дверного проема.
Они все обернулись, и сердце Кибиби пропустило удар.
– Шин! – завопили дети в один голос и бесцеремонно бросились на непокорного, который чуть не упал от наплыва малышей.
– Учительница Биби – ведьма, – объяснил один мальчик, отпуская шею Шина.
Шин посмотрел на нее, с ухмылкой приподняв бровь.
– Неужели? – сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на мальчика. – И она могущественная ведьма?
