Она вспомнила стоянку у Форта Брэгг. Она сама – родилась в Германии, отец служил в десятой группе спецназа, но когда СССР не стало – их вернули обратно в Штаты, в Форт-Брэгг, на стоянке – было не протолкнуться от Мерседесов, БМВ и старых Порше, которые солдаты привезли с собой – тогда в США было немного европейских машин, ездили на своих и на японских. У отца был БМВ – универсал с мощным мотором, но небольшой, двое пацанов и девчонка с винтовками – туда влезали только – только. Братья – постоянно задирали ее, и она вынуждена была отвечать… наверное, потому она так и не смогла создать семью, а вместе этого стала первой женщиной, проходящей службу в самом элитном подразделении армии США.
В тот день – они были на снайперском стрельбище и мужчины, в поношенной военной форме и с жесткими глазами профессиональных стрелков – окружали их. Братья – уже отстрелялись – а она выстрелила, и не попала в цель. Все засмеялись, и только один человек – не стал смеяться, он поднял красный флаг, означающий запрет стрелять и пошел к мишенному полю. И там – нашел щитомордника, издыхающего от попавшей в него пули.
И тогда все замолчали – а этот человек дал дохлого щитомордника отцу и тот положил его в пакет, чтобы потом сделать из него чучело. Больше – над ней никто не смеялся, а этот человек – потом учил ее искусству снайперской стрельбы. Это был мастер-сержант ВВС Рон Малкович, и начинал он с защиты аэродромов в Южном Вьетнаме при помощи снайперских постов…
Он учил ее не стрелять, если ты не видишь цель – а как быть, если ты видишь цель, и знаешь, что это американец…
Она вспомнила баллистическую таблицу на 300Whisper. Прицелилась…
…
– Пошел, я сказал.
Прикрываясь им, я спустился по лестнице, по пути сбив с ног официанта. Он – возмущенно закричал что-то по-грузински.
Создать панику, что ли…
Как назло – на его зло, не на мое – к нам с решительным видом направился какой-то генацвале – и это решило вопрос окончательно. Я выстрелил из пистолета – и пуля ударила в сантиметре от его ступни.
– С дороги! – заорал я – пошел! Стреляю!
Пистолет с глушителем, лучше бы без него – но есть, что есть.
Тот, кто был под видом Арчи – бухтел что-то и попытался вырваться, я ударил его по ноге, чтобы не забывался.
– Пошел!
Посетители – начали вываливаться на улицу – и тут я увидел группу захвата.
Не полицейские – это точно. Одетые в гражданское, с пистолетами, каскетки – и у одного я мельком увидел шнур наушника. Они еще не сориентировались до конца – но сейчас сориентируются…
Надо двигаться. Если хочешь выжить. И стрелять.
Повернув «Арчи» так, чтобы он был между мной и стрелками – я выстрелил четырежды, прикрываясь им – по тем, кого видел и в кого мог попасть. Двое – упали, а в меня – полетели пули, и их принял «Арчи». Я почувствовал, как обмякло его тело – и начал падать вместе с ним…
Падение – дало мне времени, но очень немного – минуту, не более. Потом – меня обложат тут как волка и начнут наступление со всех сторон.
Кто-то, на бегу – запнулся об меня и с криком упал. Паника…
Бросил пистолет в сумку – и выхватил автомат. Вовремя! Двое бежали со стороны пирса, один начал перелезать через ограждение, второй – на прикрытии, пистолет в вытянутых вперед, напряженных руках – профи, как и второй. Но они – в бардаке не видели меня, а я их видел и снял обоих, двумя одиночными.
Минус два…
Перевернулся, на четвереньки… теперь встать. Черт… где Натали.
– Работаю… По сигналу бежишь к машине!
– Принял…
Перевернул стол, на меня повалилось всякое такое… пластиковый стол от пуль ни хрена не защитит – но хотя бы защитит от обнаружения. Выскакивать сейчас, под огонь неизвестного количества стрелков – верная смерть, это только в фильмах выскакивают под огнем и не получают ни царапины – в реале там несколько стрелков, они держат выход из кафе под прицелом и убьют меня хотя бы по закону вероятности. Прыгать в воду тоже идиотизм – человек плывет в несколько раз медленнее, чем бежит, и на воде виден как прыщ на заднице, простите – не говоря о том, что отстреливаться с воды практически невозможно. Прыгну в воду – они меня тотчас, с берега с нескольких стволов и кончат. Надо держаться здесь и подождать, пока снайпер расчистит мне путь – это и есть мой козырь.
Арчи был мертв… он лежал прямо рядом со мной – и я, пока было хоть немного времени – прошерстил все его карманы, складывая найденное в сумку. Мобила… документы какие-то, бумажник… хорошо.
Внезапно я понял, что Гоги – Вахтанг – сбежал вниз, со второго этажа кафе и лежит сейчас рядом со мной. Я – пихнул его ногой.
– Вали отсюда!
Вахтанг посмотрел на меня глазами собаки, смотрящей на своего хозяина. Умирать – он не хотел…
Кто-то – ломанулся, попытался проскочить и уйти из-под огня снайпера, вломившись в кафе – и я срезал его очередью, он упал.
Взвыла сирена… Полиция.
– К твоей тачке! Пошел!
…
– Пошел!
