В Пукурпе стояла такая жара, что, казалось, плавился даже камень мостовой. Зной изматывал столицу империи Абадхур уже который день, и даже тени от нависающих друг над другом ярусов города не спасали от духоты и вязкого горячего воздуха. Саартан прятался от палящего солнца в катакомбах под Пупом и даже снял комнату в «Дыре», чтобы лишний раз не подниматься на поверхность. Забегаловку с говорящим названием Хранителю посоветовали ещё на причале, когда он только-только покинул кураторскую гондолу. «Дыра» была местом проходным, имела репутацию сомнительную, помимо барно-ночлежной деятельности занималась много чем подозрительным и вряд ли законным, но при этом считалась самым стабильным источников всех новостей и слухов из внешнего мира. В «Дыре» всегда можно было найти всё, что только пожелаешь. Или найти тех, кто найдёт тебе всё, то пожелаешь.
Однако Саартану до сих пор не везло: никто и слыхом не слыхивал ни о каком Суушире. Все, у кого Хранитель спрашивал, где находится этот мир, только пожимали плечами в ответ. Интересовались, не приснилось ли молодому человеку, что такое место вообще существует. Но Саартан не сдавался. Не потому, что кровь из носа хотел попасть в этот самый Суушир, а потому… потому что Хранителю больше некуда было податься. Не возвращаться же к Михею, который сам же его и отослал. Предательски. Подло. Не спросив, хочет ли отсылаться от него сам Хранитель. Поэтому Саартан проводил большую часть своего времени в «Дыре» за кружкой пива или за игрой в карты с другими завсегдатаями забегаловки, слушая, наблюдая, выискивая.
Он знал, что Фаарха следит за ним. Глава Высшего совета кураторов угадывался в каждом брошенном вскользь или быстро отведённом цепком взгляде, в припаркованных одинаковых гукорах, «случайно» по нескольку раз на дню оказывающихся там же, где и Хранитель, в вежливых улыбках и ненавязчивости торгашей и в сговорчивости скупщиков. Саартан даже не удивился тому, как быстро нашёлся покупатель, когда он решил продать захваченный с Гальционы в качестве заслуженного трофея боевой серп из серебронга. Не удивился и тому, как неприлично много ему за него заплатили. И что вообще он дожил до конца сделки.
Фаарха. Проклятый змей был повсюду! И оставалось только гадать, сколько глава Совета отвёл Хранителю времени на поиски таинственного Суушира. Саартан со страхом ждал того момента, когда наг появится перед ним весь такой дружелюбный, со сверкающей белоснежной улыбкой, разведёт обвешанными браслетами и феньками всеми четырьмя руками и скажет: «Всё, любезный, поиграл и хватит. Пора домой». Домой — это в его личную коллекцию уникальных существ. В золотую клетку. Саартан очень не хотел попасть в зверинец главы Совета. Очень. Поэтому пил своё пиво, играл в карты и ждал. Чего ждал? Сам понятия не имел, но верить в то, что его личная удача целиком и полностью зависит от других, не желал. Он попадёт в Суушир. Непременно попадёт! Просто потому, что Фаарха уверен в обратном.
Саартан старался не привлекать ненужного внимания. Он с горем пополам сменил свой алый наряд на неприметные штаны и майку, приобрёл себе кожаную куртку со вшитым регулятором температуры, какую носили многие в «Дыре». Вещь не дешёвая, но своей цены стоила. Особенно когда постоянно крутишься между прожаренной солнцем поверхностью и сырыми холодными катакомбами. А что до денег — так у Хранителя был небольшой запас на годы вперёд. Саартан давно коротко остриг волосы, чтобы не мозолить глаза посетителям забегаловки их странным мраморным цветом, нацепил на голову кепку с узким козырьком, спрятал красные глаза под тёмные непрозрачные гогглы и стал для всех обычным моторщиком, который каждый вечер отдыхает после тяжёлого рабочего дня на жаре. Или, что скорее всего, ждёт клиента. Никого не интересовал паренёк в кепке и гогглах. Даже то, что этот паренёк свои очки не снимает и в полной темноте, никого не трогало. Мало ли у кого какие причуды? Народ в «Дыре» ошивался самый разный. И никто никогда Хранителя особо не выделял, пока тот сам о себе не заявит. До сего момента.
Саартан сидел в дальнем углу «Дыры» и лениво потягивал пиво, когда к нему подошёл хмурый настороженный человек — мужчина лет за сорок в балахоне, перевитым ремнями портупеи, в петле которой за спиной торчала какая-то короткая металлическая палка.
— Присяду? — мужчина кивнул на свободный стул за столом Хранителя.
Саартан отставил бокал и кивнул, бесцеремонно разглядывая незнакомца сквозь стёкла гоггл, зная, что тот всё равно не увидит его глаз. Незнакомец глянул по сторонам и опустился на стул, поставив сцепленные в замок руки локтями на столешницу. Посмотрел поверх них на Хранителя, будто оценивая. Саартан молчал, постукивая пальцами по отставленному бокалу.
— Это ты ищешь Суушир? — без прелюдий негромко спросил незнакомец.
Саартан порадовался, что на нём сейчас гогглы, потому что его взгляд выдал бы его с головой. Вот так сразу? Когда уже и не ждёшь? Опять Фаарха? Пальцы Хранителя замерли на бокале.
