— Конечно, может сработать! — просиял Кофа. — Эвтаназия — идеальное решение проблемы!
— Так нельзя… — Саартан убрал руки от лица, прищурился на приора. — Ты маньяк, Кофа.
— Благодаря существам без божественной искры миры гибнут. Менкар тому пример.
— На Менкаре жили люди!
— Пока не начали ковыряться в генах и создавать себе подобных существ, вроде тебя.
— У меня нет души, хочешь сказать?
— В тебе нет Творца.
— Докажи.
— О, вот это уже научный подход! — Кофа выпрямился на стуле и улыбнулся. Тут же посерьезнел и сказал: — Я докажу. Но позже. У нас мало времени. Мы вот-вот направимся в Суушир — закрытый мир, полный драконов. Следишь за мыслью?
Саартан помрачнел.
— Что тебе нужно от меня? — спросил он.
— Создай вирус. Точнее — доработай, — приор поднялся со стула и повернулся к одному из экранов. — Намётки у меня уже есть. Остались штрихи. Иди сюда.
Хранитель помедлил. Кофа так удачно стоял к нему спиной, увлечённый информацией на экране и собственными мыслями… Но рисковать было нельзя. Сейчас с Хранителем справился бы даже ребёнок, что уж говорить о взрослом мужчине, к тому же драконоборце. Саартан вздохнул, поднялся и подошёл к столу.
***
На одной чаше весов друг и собственная жизнь. На другой — миллиарды чужих жизней. Казалось бы, выбор очевиден: пожертвуй одним (двумя), чтобы спасти многих. Легко говорить, когда смысл вырван из контекста. Откажись Хранитель сотрудничать, и Кофа убьёт его и Николая. Возможно, единственных людей, знающих о его замысле. А потом всё равно создаст вирус рано или поздно и уничтожит всех, кого считает лишними в Шельйааре.
Значит, нужно сотрудничать. Или сделать вид сотрудничества. Получить доступ к данным, создать микроорганизм с коротким инкубационным периодом и несколькими этапами латентной мутации. Облечь в Вещество. Вложить в него вариофага — троян, — который проникнет в клетку вместе с впрыскиваемым носителем информации изначального вируса и перехватит штамповку его дочерней популяции. Достигнуть нужных Кофе результатов на первой стадии мутации оригинала, а на второй — заложить код активации трояна. Конечно, будут жертвы. Те, кто умрёт на первой стадии заражения, погибнут навсегда. Как сказал приор — вернуться к Божественному Истоку в виде материала.
А как Кофа собирается тестировать и распространять вирус? Кто будет нулевым пациентом? Какой же ты дурак, Хранитель! Саартан обругал себя последними словами за несообразительность. Чтобы получить быстрый наглядный результат, приору нужен истощённый организм! Кофа не собирается отпускать Николая.
— Кофа, — Саартан обернулся на приора. — Я смогу создать вирус, хоть я и понимаю только информационную его функцию, а не биологическую. И создам. Но только тогда, когда Ник будет свободен.
— Ты что, просишь аванс? — драконоборец оторвался от экрана и с удивлением посмотрел на Хранителя.
— Считай, что так.
— У меня нет никаких гарантий, что ты закончишь проект.
— Я своё слово держу. И мне никуда от тебя не деться. А то, что жизнь моего друга в опасности, сильно отвлекает меня от работы.
— Я замечал, — приор с задумчивым видом откинулся на спинку стула, — что любой разговор с изнанкой заканчивается в пользу изнанки. Глазом моргнуть не успеешь, как согласишься на грабительские условия. Взять того же Андарса, например. Он же меня разорил! Я до сих пор не могу понять, как вообще терплю его. Вроде заранее готовишься к встрече, прокручиваешь про себя варианты переговоров и чётко выстраиваешь условия сделки. Но приходит менкарец — и всё рушится! Хаос! Игра переиграна, карты подменены. Это у вас суперспособность что ли какая? Внушение?
— Природное обаяние, — Хранитель не удержался и процитировал Михея.
Даже улыбнулся, вспомнив о том, как лихо хитрый лис проворачивал, казалось бы, невозможные сделки. И как этому маленькому плуту потом всё сходило с рук.
— Природное обаяние, — медленно повторил Кофа, растягивая слова и пробуя их на язык. — Природное обаяние. Надо запомнить. А оно у вас появилось после взрыва или было всегда?
— Я не знаю, — образ Михея растаял под веками, и Саартан сразу посмурнел. — Ты до сих пор не согласился, значит, на меня правила не распространяются.
— Я взвешиваю все за и против. Вот ответь мне честно, если бы я потерял сознание сейчас и упал бы здесь, ты бы воспользовался случаем, чтобы убить меня?
— А кто бы не воспользовался?
— Ты говорил, что моя паства в рот мне смотрит. С тобой это не срабатывает. Я не могу убедить тебя в своей правоте. Значит, и на меня кое-какие правила не распространяются. Забавно, да?
Саартан в словах приора ничего забавного не находил. Он сдвинул брови и уставился в прозрачный экран перед собой.
— Не хмурься, — Кофа махнул на Хранителя рукой. — Мне твой зам больше не нужен. Он для меня только как бельмо на глазу. Не думай, что мне приятно наблюдать, как люди гниют заживо. Делай с ним, что хочешь. Силёнок я подкину.
