- Да, три раза, – безмятежно подтвердила красотка. – Так что мои навыки борьбы очень пригодились. Тем более что базовая подготовка у меня уже была, – наш отец с детства заставлял нас заниматься чем-то ещё, кроме заложенной программы.
- Но зачем?
- Он считал, что мы вырастем более гармонично и разносторонне развитыми, если будем вкладывать силы не только в наше предназначение, но и в то, что у нас получается хуже, а то и вовсе не получается. Поэтому каждый из нас занимался чем-то, ему не свойственным. Например, девочки-фармацевты учились готовить, механики – летать, пилоты – танцевать… Отец думал, что так нам будет проще понимать людей, у которых нет сверхспособностей. Я единственная выбрала разные виды старинных единоборств, наверное, в противовес своей «тихой» специальности. Вообще мне захотелось стать кем-то, вроде старинных шпионов. Ну, знаешь – уметь растворяться в тени, ползать по стенам, бесшумно ходить, драться всякими разными штучками, которыми сейчас никто уже не умеет пользоваться… Наши инженеры помогли мне с тренажёрами и снарядами, и я начала упражняться.
- И как? – спросила я, зачарованно глядя на рафинированную красавицу, ни капли не похожую на древнего воина.
- Сначала это было просто ужасно. Правда-правда! Но постепенно я вошла во вкус, потом у меня появились единомышленники… Ни за что не угадаешь, кто! Наши мальчики-повара. Им тоже казалось, что у них слишком мирная профессия. Кстати, схватывали они всё быстрее меня. Вот так и пошло: отец заказывал для нас различные пособия, даже голографического тренера выписал… И лет через пять мы все довольно неплохо выполняли разные трюки.
- Какие?
- Ну, например, я могу отсюда, не заходя в дом, забраться на твой балкон.
Я скептически измерила глазами расстояние от плиток, которыми был вымощен двор перед бассейном, до упомянутого балкона. Даже на первый взгляд это было слишком высоко, как минимум, два с половиной человеческих роста. Но на моё явное сомнение златовласка только беспечно рассмеялась:
- Правда-правда, могу! Не буду сейчас демонстрировать, чтобы не разбудить твоего воспитанника. Но завтра, если захочешь, вечером покажу. Кстати, ты не учила его лазать по деревьям?
- Нет. Я и сама не умею. Хотя, это мысль… Его предки, судя по всему, никаких сложностей с деревьями не должны были испытывать. А ты не могла бы…
- Ну, конечно, никаких проблем! – девушка опять солнечно улыбнулась. – Обязательно займусь. Мне тоже показалось, что он прямо-таки создан для верхолазания. У тебя есть какие-то ещё пожелания?
Я пожала плечами. Пожеланий особых не было, главное, чтобы Лавиния подружилась с Маугли. Пока у неё очень неплохо получалось, лишь бы и дальше шло так же, тогда, авось, мне не придётся жалеть о том, что я согласилась на её помощь.
- Не знаю пока. Возможно, ты сама увидишь, когда поближе познакомишься с Маугли. Я сейчас почти всё время провожу вне дома, и он вообще предоставлен сам себе. Так что, любое обучение будет на пользу… К тому же, ты говоришь, что как-то по-особенному влияешь на всех?
- Не только я, – поправила меня красавица, – практически все мы можем оказывать влияние на людей, только по-разному. Стратеги, например, подавляют и внушают почтение, пилоты – чувство спокойствия и уверенности, а я вызываю инстинктивное доверие и желание просить о помощи.
- Почему?
- Потому что мои пациенты – маленькие дети, а их очень сложно расположить к себе, особенно, когда они больны и боятся лечения, – пояснила Лавиния. – В-основном, все с детства боятся врачей.
Я кивнула. Лягушонок тоже боялся лекарей, пока не познакомился с Вигором… Кстати, а не сыграло ли и тут со мной шутку заложенное в эскулапа обаяние и способность втираться в доверие? Может, я и тогда попалась на ГИО-уловки?!
- А генетики? Они тоже что-то внушают? – внутренне напрягшись, спросила я.
- Ну, как все, кто имеет отношение к медицине. Это ведь важно, чтобы пациент доверял своему доктору.
Ага, ага. Теперь понятно, что за муха меня укусила, когда я так спонтанно выбрала Вигора в союзники… Манипуляторы, Вограны их побери!
- Тэш, не переживай так, сейчас никто не пытается воздействовать на тебя специально, – мягко сказала северная богиня.
Я незаметно поморщилась. Ну, да, эмпаты, ничего-то от них не скроешь.
- Понимаешь, это уже заложено, и мы сами повлиять на впечатление, оказываемое на людей, никак не можем, – продолжила красотка.
- Понимаю, – уныло отозвалась я, – но всё равно, чувствую себя почему-то скверно…
Лавиния вздохнула.
- Ладно, теперь ты знаешь об этом и можешь всегда сделать поправку на наше обаяние, – пошутила она.