Через пару дней стало понятно, что Лавиния – сущий клад для всякого, желающего воспитывать такое трепетное существо, как Вайятху. Они прекрасно поладили, и её способность внушать доверие как нельзя лучше подошла тонкому душевному механизму кикиморыша. Под её руководством он послушно учился самостоятельно делать множество вещей, которые до этого считал непосильными, как то: читать и понимать тексты в учебниках, заказывать продукты и вещи через вифон, готовить съедобную еду, включать заветную Камеру поддержания здоровья… Ещё он сам выбрал себе комплект тёплой одежды для наступающего зимнего периода и даже перестал падать на колени всякий раз, когда я входила в дом, вернувшись с занятий.
Ещё он осваивал огромное развесистое дерево, росшее у самого начала тропинки, по которой мы вместе гуляли теперь каждый вечер, и сетовал, что не может всегда жить там, как птица. Лавиния смеялась, уверяя, что если он и дальше будет делать такие успехи, то в один прекрасный момент его мечта может и осуществиться…
В-общем, всё было прекрасно, за исключением того, что мы обе беспокоились о стратеге. Согласно документам, ему разрешалось пребывание на Мирассе в течение восьми стандартных суток, но он мог улететь и раньше, если бы что-то пошло не так. И каждый день мы обе ждали и боялись одновременно известия о его возвращении. Но пока всё было тихо – Вигор подтверждал, что и у ГИО-изменённых никаких новостей об Эдоре не было. Мы надеялись, что это хороший знак.
К концу последнего дня нетерпение и тревога стали так велики, что я осмелилась связаться с секретарём господина Скросса, чтобы уточнить, точно ли речь шла о восьми днях. Мне вдруг пришло в голову, что стратег и бизнесмен могли заключить какое-то своё, тайное соглашение и продлить сроки поездки мачо. Но кибер-консультант нашего экономического флагмана сообщила, что ни о каких изменениях не знает и также ожидает возвращения господина Валлегони в течение следующего дня.
Я ничего не сказала об этом звонке Лавинии, которая была непривычно рассеянной в тот вечер и даже не заметила, что Маугли, по старой привычке, ощутив непонятное напряжение, попытался пристроиться у моих ног. Уговорив его сесть рядом на диван, я обняла кикиморыша, пытаясь перестать думать о возможном провале миссии Эдора. Конечно, стратег отличался склонностью к авантюрам и рискованным решениям, но всё-таки, в первую очередь он был необыкновенно ответственным человеком. Он знал, что за ним – все его собратья, отец, их надежды и мечты на новый дом, лягушонок, наконец. Не мог он ввязаться в какую-нибудь непродуманную афёру, которая поставила бы под угрозу провала все наши планы, не мог…Слишком многое стояло на кону!
Так я уговаривала себя, поглаживая млеющего кикиморыша по голове и пытаясь заглушить растущее беспокойство. Надо просто подождать ещё немного, ещё чуть-чуть…
Вечер закончился непривычно молчаливо, и спать мы разошлись раньше обычного.
По обыкновению, намучившись с кошмарами, я встала хмурая и подавленная. Лавиния, которая была ранней пташкой, уже убежала в лес на обязательную утреннюю тренировку, Маугли ещё спал, так что я была одна в бассейне, когда Деона сообщила мне о звонке. Я выскочила из воды и рванула в кабинет, как была, в мокром купальном костюме. На ходу отдала распоряжение кибер-консультанту сообщить о звонке златовласке и затормозила только у экрана стационарного вифона.
- Нужно подождать, – предупредила меня помощница. – Сигнал не слишком устойчивый.
Я кивнула и уставилась на тёмный прямоугольник. Прошло несколько секунд, прежде чем он начал светлеть, и на глянцевой поверхности появилось лицо Эдора.
Сувенир 43
Связь и вправду была не ахти: по изображению постоянно шла какая-то рябь и зигзаги, не дававшие как следует разглядеть выражение лица Комсо.
- Привет! – донеслось до меня словно издалека. Голос тоже был искажённый, не поймёшь, то ли радостный, то ли наоборот.
- Привет, – ответила я, присаживаясь перед экраном. – Ну, как ты? Как прошла поездка?
- Неплохо. Только очень хочется спать, – пожаловался мачо. Изображение снова дрогнуло, заставив стратега нервно передёрнуть щеками. – До Вогранов насыщенная неделя получилась. Почти не отдыхал совсем, трудился, аки пчела. Вот только что выпрыгнул из гипера около Мадрана и сразу звоню. Цени! А как у вас? Тихо?
- Да что у нас может случиться? – нетерпеливо пожав плечами, ответила я. – Всё в порядке. Ты главное скажи: успешно слетал? Всё получилось?
- Это, смотря по тому, что должно было получиться, Жужелица. С моей точки зрения, получилось всё, что должно было. Но возможно, что не получилось вообще ничего.
- Эдор, не надо иносказаний, – заволновалась я. – Говори прямо!
- Я и говорю прямо, – ответствовал стратег, душераздирающе зевая. – Вполне может быть, что у меня ничего не получилось, и всё придётся начинать сначала… Но давай не будем торопиться, подождём и увидим. Пока лучше сохранять оптимизм…
Я молча кивнула.
- Собственно, звоню только затем, чтобы сообщить, что с планеты я убрался. Ещё десять часов – и буду дома.