По взаимной договорённости, мы с мачо взяли паузу. Во-первых, мне надо было действительно обдумать дальнейшие отношения с Линной. Во-вторых, буквально через пару дней после знаменательного события, бывшая госпожа Кальтари (развели её с Альдором на следующий день после подачи документов), заманила Эдора к своим родителям, поставив его перед фактом, что им уже всё известно. Стратег номер один потом, позвонив мне, рассказывал, что сам Скросс был молчалив и почти не принимал участия в обсуждениях подготовки к свадьбе, которые тут же затеяла самоназванная невеста. Но потом, прощаясь, назначил мачо «свидание» на работе, намекнув, что речь пойдёт о более значимых вещах: о размерах приданого и о заключении брачного контракта.
Я обеспокоилась было, но мачо, легкомысленно хмыкнув, заявил, что он уже давно подготовился к этому счастливому моменту, так что неожиданностей быть не должно. И собственные юристы у него тоже имеются. Я вздохнула, и тему мы закрыли.
В результате, неделю спустя после эпохального события, случившегося на столе в кабинете стратега, Линна принимала поздравления с новой помолвкой. Конечно, это было почти за гранью приличий – такой скорый брак после предыдущего развода, но моя дорогая подруга выкрутила всем руки, и вытребовала себе официальную церемонию с оглашением в храме. Стратег преподнёс невесте по этому случаю шикарный традиционный гарнитур: ожерелье, браслеты и два кольца, всё с розовыми бриллиантами. Как мне сказали, Линна тут же надела его на себя и больше не снимала, – видимо, чтобы уж больше ни у кого не возникало вопросов о её текущем семейном положении.
С мачо я встретилась только за два дня до официальной помолвки. Он сам позвонил мне и спросил, как долго я собираюсь прятаться, и не испугалась ли я, что он теперь заразит меня чем-нибудь, в связи со своим необратимым грехопадением?
Я смешалась и замямлила что-то невразумительное, потому что, вообще-то, он был прав: мы только перезванивались. Но на этот раз Эдор почти потребовал, чтобы мы с Маугли посетили его холостяцкую подводную берлогу. На робкие расспросы о том, как его, без пяти минут, родственники отнесутся к этому, мачо только нетерпеливо махнул рукой и заявил, что всё расскажет, но лично.
Скрепя сердце, пришлось лететь, куда сказано. Не знаю даже, чего я ожидала и боялась увидеть, но встретил нас совершенно прежний Эдор, язвительный и смешливый.
- Жужелица, ради Всевидящего, перестань сидеть с таким лицом! – заявил он через десять минут после нашего появлении. – А то ещё немного, и я поверю, что присутствую на собственных поминках, и нас вот-вот пригласят в храм, на церемонию возложения записок!
Я невольно фыркнула. Да уж… Если он сам не чувствовал себя ни приговорённым, ни даже пострадавшим, зачем мне было убеждать его в обратном? Понятно, что стратег справлялся с ситуацией, причём, куда лучше меня. Мне до сих пор при одной мысли о Линн хотелось взять в руки лазерный бластер или хотя бы дубинку, поувесистей, а он отвечал на её звонок (кстати, второй уже) совершенно спокойно, и не напрягаясь.
Мы обсудили грядущую свадьбу, назначенную через месяц, обсудили сложности, связанные с новым семейным положением мачо и сложности, связанные с нашими дальнейшими встречами (я ни секунды не сомневалась, что Линна будет следить за стратегом с помощью всего, что только изобрело человечество). Мачо посмеялся и ответил, что тоже не лыком шит: в качестве подарка на бракосочетание Вигор приготовил для него годичный запас «глушилок», «невидимок» и прочих весьма полезных штучек.
Когда я спросила о том, на каких условиях Скросс берёт его в свою семью, Эдор изобразил смертельную усталость на лице и поведал, что весь процесс соблазнения и завоевания Линны – просто невинное пустячное развлечение по сравнению с тем, как проходили переговоры о передаче мачо доли в бизнесе крокорауса от экономики.
- Знаешь, я думал, что ещё немного – просто плюну и скажу, что мне вообще ничего не надо, – пожаловался он.
- Надеюсь, ты так не сделал? Скросс всё равно не поверил бы, зато начал бы подозревать тебя в каких-нибудь махинациях. Сам знаешь, – всё непонятное пугает и заставляет искать подвох.
- Именно эта мысль меня и удержала. Я решил, что лучше поторгуюсь в лучших традициях жадных соискателей руки Линны, чем дам понять, что для меня есть вещи, куда более важные, – хмыкнул мачо. – Так что, принимаю поздравления: я – директор трёх крупных заводов и сопутствующих производств. Если не напортачу чего-нибудь в управлении, через два года тесть подкинет ещё три завода. Ну, если и там не оплошаю, то он даст мне подержаться за рычаги управления его делами в Восточном секторе.
- Но это же жуткое захолустье! – поморщилась я. – Что там? Шахты?
- Угу, шахты, рудники, добыча драгоценных камней. Двадцать объектов.
- У Плорада на пятках… – проворчала я. – А как же Мирасса?
- Ну, Мирасса – это даже не обсуждается. Я поставил обязательным условием то, что курорт на Мирассе – мой.
- Как – твой? Папаша Линны готов его тебе подарить?!