Стратег молчал до самого возвращения танцоров, да и потом был немногословен, отговорившись усталостью. Но я, зная, что любой из ГИО-изменённых свободно мог бы проплясать ещё хоть шесть подобных балов подряд, догадывалась, что он продолжал что-то сосредоточенно обдумывать.
Дождавшись шести часов утра, – времени официального окончания императорского маскарада, – мы со Скроссами собрались улетать, но тут вышла заминка: пропала Лавиния. Сначала ей звонила я, потом стратег, потом снова я, но она не отвечала. Правда, мачо думал, что наследник завладел-таки вниманием златовласки, и, скорее, радовался её отсутствию, а я встревожилась. Принц там или не принц, но в подобную забывчивость подруги верилось плохо. А, кроме того, ответственность у ГИО-измененных была в крови, вздумай Лавиния остаться, она предупредила бы нас.
В конце концов, нетерпеливый господин Скросс заявил, что они с женой не в состоянии больше ждать, и родители Линн удалились, пообещав, что пришлют за нами флайер, когда вернутся в гостиницу. Что до Линны и Альдора, то эта парочка разбежалась как можно дальше друг от друга и намеревалась веселиться ещё часа три, как минимум, освободившись, наконец, от присмотра родственников.
Посовещавшись, мы со стратегом решили обратиться к «нашим» гвардейцам, рассудив, что уж кто-кто, но люди-псы должны будут разыскать нашу пропажу. Правда, я их не видела, но не сомневалась, что они ошивались где-то рядом. Так и вышло: стоило стратегу попросить о помощи, как у колонны материализовались две знакомые фигуры и направились к нам. Правда, чтобы дозваться их, пришлось говорить довольно громко, в отличие от того же принца, который голоса не повышал, но я списала это на эффект наших «анти-подслушивалок».
Я предоставила говорить с ними Эдору, малодушно спрятавшись за его спину. Получив указания, оба «тюрбана» кивнули и снова растворились в воздухе метрах в пятнадцати от нас.
- Всевидящий! Вот как они это делают? – в который раз поразилась я, безрезультатно высматривая исчезнувшие на глазах синие плащи. – Только что были, и на тебе…
- Думаю, всё дело в их одежде, – ответил стратег. – Какая-нибудь специальная ткань, имеющая эффект «зеркала». Короче, нигде они не растворяются, а просто сливаются с окружающей обстановкой.
- Это что же… Получается, их тут может быть полным-полно? – дрогнувшим голосом спросила я, украдкой оглядываясь. – Например, прямо у нас за спиной?
- Возможно. Хотя, скорее всего, они рассредоточены по периметру зала. Не зря же здесь все помещения имеют такое странное украшение: ряды колонн почти вдоль стен. Архитектурно это выглядит, как какая-то бессмыслица, а вот если предположить, что там притаилась невидимая армия – тогда да, смысл есть…
Я передёрнула плечами, решив, что искать признаки присутствия невидимок не буду. Никто больше на них внимания не обращает, все привыкли, значит, это здесь самое обыденное дело: появляющиеся и исчезающие солдаты. Ну, и я сделаю вид, что мне всё равно…
Гвардейцы свою задачу выполнили безукоризненно: менее чем через десять минут в дверях появилась Лавиния, торопливо пробирающаяся сквозь кучки гостей. Присоединившись к нам, она коротко объяснила, что ухитрилась где-то потерять вифон, поэтому не могла ни ответить, ни позвонить сама.
Уже позже, во флайере, когда мы летели обратно в гостиницу, Эдор, не дождавшись никаких объяснений или комментариев от уставившейся в окно златовласки, спросил сам:
- Ну что, Лави? Как тебе наследник мирасской империи?
- Нормально.
- И это всё? Тебе больше нечего нам рассказать? – удивился стратег. – Лави, может, я чего-то не понимаю? Он тебе не понравился?
- Нет, почему же… Он очень старался быть милым.
- Может, он обидел тебя?
- Нет.
- Тогда что с тобой? Ты словно на похоронах побывала, а не на празднике. Ты ничего не чувствуешь к нему?
- Почему же… Чувствую.
- Что?
- Интерес.
- И это всё?
- Пока да.
- То есть, он не подойдёт тебе, как возможный опекаемый?
- Не знаю. Наверное, нет. Скорее всего, нет.
Мы все дружно помолчали. Даже я понимала, что Лавиния отчаянно борется сама с собой, отказываясь признаться в том, что Наим ей понравился. Так понравился, что сейчас она, уверенная в своей несчастливой звезде, пыталась перечеркнуть знакомство с ним. Наконец, Эдор, наклонившись, нежно коснулся губами её лба и сказал:
- Не бойся. Всё будет так, как ты захочешь.
Он откинулся в кресле, и только я расслышала горький шёпот подруги:
- Лучше не надо. Не дай Всевидящий, чтобы сбылось то, чего я хочу…
Сувенир 49
Мы улетали с Мирассы поздним вечером. Времени вполне хватило на то, чтобы я выспалась, Лавиния намолчалась, а стратег выпил десять чашек кофе и пообщался вдоволь со своим блокнотом.
