- Знаешь, это чем-то напомнило мне старые брачные клятвы, – сказала я. – Когда жених и невеста обещали друг другу быть вместе в горе, в радости, в богатстве и бедности, во время болезни и ещё чего-то там…
- Угу, и во время интриг и козней, – поддакнул Маугли. – Я готов. Всегда и везде, где бы ты ни была, и чем бы ни занималась. А ты?
- Ну… и я, тоже. Ты ведь и сам знаешь.
- Знаю, но не всё. Вот, например, я не знаю, захотела бы ты… Решилась бы… Ну, словом, вышла бы ты за меня замуж?
Выпалив это, Маугли стремительно позеленел, это было заметно даже сквозь слой краски на лице.
- А ты… предлагаешь? Выйти? За тебя? – Почему-то и у меня вдруг случилось какое-то затмение, в результате которого я начала заикаться.
- За меня?.. Ну да, предлагаю, – растерянно ответил Маугли, словно и сам сомневался в том, что говорил. – Тэш, ты… Может быть, это не то… Но всё-таки я спрошу: ты выйдешь за меня?
Всё случилось настолько неожиданно и быстро, что ответила я и вовсе уж невпопад:
- Когда?..
- Не знаю, – глядя на меня круглыми глазами, ответил лягушонок. – А когда нужно?
- А когда ты хочешь?
- Хочу?.. Погоди, так ты согласна? Ты выйдешь за меня?
- Да, – вымолвила я, чувствуя, как внутри всё начинает сворачиваться в тугую спираль. – Выйду. Конечно, выйду!
- Уфф, ну… хорошо, – сипло ответил лягушонок и с силой выдохнул. – Просто замечательно. Я и не думал, что ты так быстро согласишься. Честно говоря, не верил, что вообще согласишься.
- Почему?
- Потому что… Ну, потому что я – даже не человек, Тэш. А уж какой из меня выйдет муж – вообще никому не известно, включая меня самого…
- А вот я – знаю. Замечательный, нежный, верный, любящий и любимый, вот какой!
Продолжить я не успела, потому что мой панегирик был прерван страстным поцелуем. Конечно, я ответила, и, конечно, мы смогли остановиться не сразу, в глазах Маугли уже появились явственные фиолетовые отблески, только тогда я немного опомнилась. Слава Всевидящему, наша беседка двигалась поодаль от остальных, поэтому никто ничего не заметил.
Успокоившись и дождавшись, пока Маугли вернёт себе нормальный цвет лица, я прижалась лбом к его плечу и сказала:
- Знаешь, я только сейчас почувствовала, что опять могу любоваться красотой Мирассы без всяких задних мыслей, как в первый раз. До этого мне всё время что-нибудь мешало: то воспоминания, то страх, то ненависть, то тревога… А вот теперь мне снова дышится здесь легко.
Маугли молча улыбнулся, обнял меня за плечи и потянул рычаг управления, направляя нашу беседку прочь от берега. Она медленно заскользила над поверхностью моря, минуя десятки таких же ажурных, почти кукольных построек. Большой проём-вход позволял любоваться несравненными красками заката и огненной дорожкой, тянущейся к нам через всё море.
- Я хотел бы ещё много-много раз сидеть с тобой вот так, – сказал Маугли, когда мы оставили всех позади и поплыли в полном одиночестве.
- Надо будет попросить Эдора подарить нам эту беседку, – отшутилась я. – Надеюсь, ему не будет жалко, у него их много…
- А ещё мне хотелось бы, чтобы наша свадьба была не хуже.
- А мне – нет. Зачем нам столько роскоши и помпезности? Вполне будет достаточно тебя и меня. Ну, ещё наших друзей, наверное… И, кстати, я понятия не имею, как надо жениться по вашим, мирасским законам. А ты знаешь?
- Нет, – задумчиво ответил Вайятху. – Надо порасспрашивать Хильгасиу, вдруг они что-то помнят.
- Ну, если даже и нет, не расстраивайся. Мы придумаем свой собственный обряд, красивый и необычный. Например, где-нибудь, на месте силы. Хочешь?
- Хочу. Я хочу всего, чего хочешь ты.
- Вот и прекрасно, – прошептала я, прижимаясь к нему ещё ближе, – потому что больше всего на свете мне хочется сделать тебя счастливым…
