Да только в том и состоит загвоздка, что традиция говорит о джиннах, как о творениях Аллаха, в то время как первые упоминания о них датируются веками, весьма далеко отстоящими от рождения пророка Мохаммеда и основания им ислама. Веками, в которые и о возникновении христианской и даже иудейской религии никто еще не помышлял...
Диана хотела узнать как можно больше. Изучая разрозненные свидетельства, она постепенно понимала: злобные джинны - это всего лишь верхушка айсберга, и в пропитанном пряным ароматом воздухе арабских ночей таится намного больше странных существ, которые по каким-то причинам тщательно избегают встреч с человеком (скорее всего, для человека это и к лучшему). Девушка даже диву порой давалась, насколько же глубоко все это похоронено под толстым слоем щербета в виде сказок об Аладдине и старике Хоттабыче. Настолько, что даже о реальной природе все тех же джиннов мир заговорил лишь под конец двадцатого века - после того, как на экраны вышел фильм "Исполнитель желаний".
С одной стороны, казалось, что древние силы, управляющие Востоком, стремились понадежнее скрыться от глаз людских, но с другой... слишком уж притягательными были те пестрые накидки, в которые они для этого заворачивались. Пытались скрыться - и в то же время словно бы заманивали куда-то...
Зачем прятались, куда манили - все это еще лишь предстояло выяснить.
Однако нельзя было сказать, что поиски ответов на эти вопросы мгновенно подчинили себе всю ее жизнь. Диана не стала посвящать все свободное время походам в музеи и библиотеки, изучению специализированных сайтов и общению с людьми, которые могли быть "в теме". Так, приобрела в крошечном эстетском магазине, расположенном в центре Москвы, пару редких (но не старинных) книг, посмотрела в Интернете несколько документальных фильмов, списалась с американским профессором востоковедения. Все это происходило на протяжении нескольких месяцев, так что первоначальный интерес Дианы никак нельзя было назвать настойчивым. Он начал становиться таким несколько позже - после того, как девушка впервые услышала о "Черном Коране".
Это случилось в рабочий полдень, в офисе рекламного агентства, служившего ей основным местом работы. Воспользовавшись свободной минуткой, Диана зашла на сайт магазина восточных редкостей, надеясь найти там что-нибудь поинтереснее трехсотлетнего персидского ковра, или кальяна, который, по заверениям продавцов, курил какой-нибудь знаменитый арабский мудрец.
Это заметил Андрей - штатный инженер-компьютерщик, который как раз что-то налаживал по соседству, сидя за столом одного из ее коллег, менеджера Армена, который на время ремонта удалился в столовую.
- Интересуешься восточной культурой? - спросил Андрей, вполглаза глядя на монитор зависшего компьютера, с которым работал.
- Ага, - не оборачиваясь, бросила через плечо Диана. Отношения с компьютерщиком у нее были, как и с большинством коллег, на уровне "привет-пока". Поэтому вопрос Андрея Диана восприняла как первый шаг к установке более тесных отношений - они не настолько близко общались, чтобы он мог вот так запросто спросить ее о чем бы то ни было.
- Хочу узнать о Востоке что-нибудь необычное, - продолжила девушка. - Что-нибудь такое, чего не напишут в книгах.
Сказала она это лишь для того, чтобы парень отвязался. Он, возможно, собирался продолжить разговор, посоветовав какой-нибудь кальян-бар, а то и пригласить к себе домой испить иранского чайку. Диана ничего не имела против Андрея как человека - но как мужчина он был совершенно не в ее вкусе. Худощавый, бледный, предпочитающий черный цвет в одежде и, похоже, не привыкший слишком часто мыть свои длиннющие волосы. Последнее, впрочем, было не так уж страшно, и, подозревала Диана, являлось характерной особенностью всех, кто посвятил свою жизнь компьютерам. Но в сочетании с остальными пунктами делало Андрея абсолютно неподходящей партией для нее.
Вряд ли он знает что-то серьезное о древнем Востоке. А стало быть - не сможет продолжить этот разговор, стушуется и вернется к своей работе, ограничившись дежурным "Ясно".
Но так не случилось.
- Ты слышала что-нибудь о "Черном Коране"? - спросил Андрей.
Вот это было неожиданно. Настал ее черед стушеваться. Но отступать было поздно. Во-первых, это значило потерять лицо, а во-вторых - любопытство было сильнее нежелания продолжать разговор.
- Нет, - Диана повернулась к нему. - А что это? Какая-нибудь страшная сказка, вроде магрибского молельного коврика, про который Пелевин писал?
