Юлька Волошина, известная в готической тусовке своего города под ником Dark Rose, приехала сюда из Ставрополя. В отличие от легиона подобных ей, Юлия не гналась за романтикой и свободой пустых полуночных улиц. Этого ей и на родине было вполне достаточно. Волошину не прельщали пьяные ночные посиделки на ступеньках "Костыля", или секс с малознакомыми партнерами в окрестностях вечного огня на Марсовом поле. Покупая билет в один конец, Юля твердо знала, какая цель перед ней стоит. Целью было завоевать сердце кумира, который несколько лет назад прочно обосновался в ее собственном.
Имя его было - Даниэль Дроу.
Даниэль...
Пять лет назад этот стройный андрогин с роскошной длинной гривой черных, как смоль, волос, сам прошел этим путем - приехал в Санкт-Петербург из Петропавловска-Камчатского, будучи почти никому не известным певцом в стиле готической электроники. Группа Даниэля называлась Rene Magritte. Дроу, чье настоящее имя было Даниил Андреев (но родственником знаменитому русскому философу он никоим образом не приходился), и его напарник Сергей Деревянко, выступавший под псевдонимом Ленни Дрим, очень быстро прославились на всю страну благодаря уникальным вокальным данным Даниэля. Контр-тенор, редчайший голос, который и не в каждом оперном театре-то услышишь, помог дуэту Rene Magritte очень быстро стать ярчайшей звездой российской готической сцены. Их песни "Обреченный ангел" и "Сизый прах" стали настоящими гимнами прогрессивной молодежи.
Злые языки, впрочем, поговаривали, что секрет фантастического успеха Rene Magritte таится на самом деле вовсе не в таланте, а в банальном мошенничестве. После первого же появления группы на широкой публике, в готическом сообществе начали распространяться слухи о том, что Даниэль на самом деле - девушка по имени Диана. Он и в самом деле выглядел очень женственно, что в сочетании с неестественно высоким для мужчины голосом, давало весьма плодородную почву для появления таких сплетен.
Пикантности ситуации придавало то, что сами музыканты никак ее не комментировали. Дроу и Дрим коллекционировали любые, самые нелепые и фантастические домыслы о своих персонах, наматывая их на гигантское веретено, на котором готическим шрифтом было выведено: "Public relations".
Разумеется, у версии с "Дианой" сразу появилось множество противников. Ведь ангельский лик Даниэля Дроу, и его проникновенный голос, стали лучиками надежды для тысяч романтичных девиц, что прозябали в скуке и тоске у себя в Краснодарах, Ставрополях и Ростовах. Они обклеивали стены своих комнат постерами и вырезками из журналов, писавших о Rene Magritte. Сочиняли любовные истории с участием Дроу и Дрима, засоряя просторы Интернета бесконечными килобайтами бесполезной писанины. Ну а когда дуэт приезжал с концертом в их город - из кожи вон лезли, чтоб раздобыть денег на билет, и после, в прокуренном клубе, пробившись поближе к сцене, жадно ловили каждое слово, слетавшее с губ их идола, каждый его жест, каждый мимолетный взгляд. Каждая из девиц надеялась, что вот-вот, сейчас этот волшебный взгляд остановится именно на ней, после чего зрачки Даниэля расширятся, и, в паузе между куплетами, он неслышно прошепчет, как можно дальше отведя от губ микрофон: "Это судьба". А после концерта, во время афтепати, в зале появится мрачноватый Ленни Дрим и передаст счастливой избраннице черную розу вместе с запиской, приглашающей проследовать в гримерку...
О, эти сладкие готические грезы! Но глаза "обреченного ангела" всегда оставались холодными, а после концерта группа очень быстро покидала клуб. Мало кому из поклонниц удавалось пообщаться с Дроу тет-а-тет. И впечатления от этого общения у них оставались в высшей мере странные. Нервный, суматошный, растрепанный после выступления, с подтекшим гримом, Даниэль невпопад отвечал на вопросы, а подчас начинал нести совершенную ахинею. При этом он ни на миг не расставался с мобильным телефоном, все время писал кому-то СМС. И, что самое досадное, даже при разговоре с расстояния вытянутой руки невозможно было определить, мужчина это или женщина. Некоторые особо рьяные поклонницы уже готовились сменить ориентацию, на случай, если слухи насчет "Дианы" окажутся-таки правдой. Впрочем, кое-кто после личного знакомства с Даниэлем Дроу навсегда покидал ряды фанатов Rene Magritte.
Юля Волошина тоже была в числе тех, кому посчастливилось видеть Дроу ближе, чем с расстояния в несколько метров, и даже перемолвиться с ним парой слов. На странности в поведении певца она особого внимания не обратила. Он ведь все-таки творческая личность, андеграундный гений, а они через одного такие. Главным итогом их мимолетной встречи стало то, что после нее Юлька влюбилась в Даниэля еще сильнее, чем прежде. И твердо решила - они должны быть вместе.
Чего бы это ни стоило...
