Родительница грозно глянула на меня, карие глаза полыхали яростью. Никогда ее такой не видела, даже когда она обнаруживала, что я без спроса слоняюсь по особняку во время каких-нибудь больших приемов у нас дома.
— Роана, успокойся, — попросил отец, стараясь выглядеть примирительно, хотя я прекрасно понимала, что он и сам моего поступка не одобряет. — Аль усвоила урок, больше она подобного не выкинет.
Хотела было возмутиться, что мне, вообще-то, еще во втором туре отбора участвовать, да так и сникла под грозными взглядами семейства. Пусть Эльгон сам разбирается, это же я ему в качестве невесты зачем-то понадобилась. Вот пусть и успокаивает теперь яростных фурий.
Даже усмехнулась от такой мысли, представив, как великий королевский маг пытается защититься от нападок моей матери.
— Я сказала что-то смешное, Аль? — пронзительно и вкрадчиво поинтересовалась родительница, и это в момент стерло ухмылку с моего лица.
— Нет, — мотнула головой. — Но и ничего нового тоже.
Побагровев, мама стиснула руки в кулаки. Обернулась к отцу и недовольно выдала:
— Твой характер, ты и воспитывай, — заявила она строго. — Надо будет, запирай на замок, но подобные выходки должны прекратиться. Немедленно. Благо, она еще никого на балу не убила, но это просто везение!
И, сказав это, мама с гордо поднятой головой удалилась. А у меня же сложилось чувство, что меня подкинули. Иначе как еще можно объяснить такую нелюбовь к собственному ребенку?
Конечно, внешностью я пошла именно в родительницу, но ведь это можно тоже как-то объяснить, правда?
— А я предупреждала, — деловито заявила Эмиса, поднимаясь с дивана и расправляя юбки. Ух, так бы и натравила на нее свой дар, да совесть не позволяла.
— Девочки, оставьте нас с Аль наедине, — попросил отец мягко, но в то же время требовательно. — Пожалуйста.
Лилиан, готовая испариться хоть прямо сейчас, с радостью подпрыгнула, и вскоре они со старшей сестрой удалились восвояси, оставляя меня с папой одних в помещении.
— Папа! — взмолилась я, когда остальная часть семейства наконец покинула гостиную комнату. — Ну хоть ты-то не ругайся на меня!
Отец, тяжко вздохнув, только головой покачал. Протер устало глаза, после чего поднялся из-за стола.
— Я же просил тебя быть осторожной, Аль, — произнес он.
— Но Эльгон может до меня дотронуться! — всплеснула руками. — Ты же наверняка видел.
Папа кивнул в знак солидарности.
— Видел, — не стал отрицать родитель, — да только тебя это разе не настораживает?
— А почему это должно меня настораживать? — возмутилась. Как же они не пойму? — Наоборот, я радуюсь, папа! — в порыве чувств подошла к отцу, но дотрагиваться побоялась. — Наконец-то хоть кто-то может ко мне прикоснуться! Разве это не чудо?
И без того серьезный, отец только брови хмурил все сильнее, что явно свидетельствовало о том, что моих светлых чувств по поводу королевского мага и такого открытия родитель явно не разделяет.
— Эльгон служит королю, — напомнил отец. — Что, если о твоих способностях знают уже все при дворе? Что тогда, Аль? Ведь именно от внимания Его Величества мы с матерью всю жизнь пытались тебя уберечь!
Тихонько взвыв, плюхнулась в расстроенных чувствах на диван, на котором недавно сидели сестры. Сопротивляться, бороться, что-то доказывать пропало всякое желание. Что толку, если родители всегда будут стремиться меня, как они выражаются, защищать?
— Что, если это именно он пытался украсть твою магию смерти? — родитель подошел к дивану, опуская на изголовье руки и тем самым на него опираясь. — Ты представляешь, что может сделать проклятье в плохих руках? И я уже не говорю о том, что ты просто могла кого-нибудь ранить.
Вспоминая, что по моей вине и так пострадал человек, промолчала.
— Я Эльгону верю, пока что, — уперлась и решила стоять на своем. — Да, магия у меня отвратительная, — не стала скрывать своего к ней отношения, — но я не хочу прожить всю жизнь, так и не попытавшись с нею совладать!
Обернулась на отца, надеясь, что он поймет. Что мне удастся до него достучаться. Хотя бы до него.
— Его помнит магистр Перран, — решила пустить в ход все имеющиеся козыри, хоть они и выглядели не самым убедительным образом. — И если бы с Эльгоном было что-то не так, уверена, он бы мне обо всем поведал.
Покачав головой, родитель вздохнул. Все еще сомневался, но уже хотя бы не спорил.
— Вы не подпускали ко мне учителей, — продолжила увещевать отца я, чувствуя, что он все-таки может дать слабину, — а в академии мне ходить было запрещено. Где же еще мне учиться магии? Как еще выяснить, способна ли я вообще ее контролировать? Я не могу просто так сдаться, папа. Пожалуйста.