Я поняла, что на мне всё ещё нарядное платье. Стало стыдно от осознания, что кто-то видел меня в не самом лучшем состоянии.
— Знаете, было забавно. Вы похожи на мечущегося зайца, когда пьяны.
— Что? Почему?
— Зайцы обычно выглядят очень потерянно и беззащитно. Суетятся, постоянно бегут куда-то, пугаются каждого шороха. Их очень легко поймать.
Я скривила недовольную рожицу и, уверенная в своих силах после долгого сна, встала с кровати. К сожалению, тело изрядно пострадало после вчерашних приключений. Мозоли от туфель и всё ещё ватная голова дали о себе знать. Я пошатнулась, но незваный гость лихо подхватил меня.
— Виктория, я не всегда буду рядом. Кто Вас будет ловить? Аккуратнее.
— Раньше как-то справлялась без чьей-либо помощи.
Вильгельм всё ещё сжимал меня в объятиях. В воздухе повисло неловкое молчание. Находиться близко к нему было приятно, но так неправильно. Я должна кокетничать с Фергусом, а не с его братом, который оказался здесь чисто случайно. Пришлось высвободиться из его рук и перевести тему.
— Вы отдали заколку мисс Норвин?
— Нет, вчера я её не нашёл. Искать в комнатах не стал, неприлично. Я такой же гость, как и вы все.
— А вламываться ко мне — прилично?
— Ну, я же Вас принёс сюда. Подумал, что могу и зайти.
— Вы издеваетесь надо мной?
— Совсем немного. Мне нравится наблюдать за Вашей реакцией.
Такое долгое отсутствие моей соперницы настораживало. Казалось, что об её местонахождении знает только дом, ветер в котором зловеще свистел даже солнечным утром. Возможно, она всего лишь сильно устала и легла спать или же просто уехала обратно, сбежала к более беззаботной жизни, где ей не придётся сражаться с шестью гиенами и одним зайцем.
— Вчера на балу Вы сказали, что это семейное имение. Так почему же называете себя гостем?
Лицо Вильгельма стало непроницаемым, а плечи еле заметно дрогнули. Он опустил глаза, видимо, размышляя, в какие подробности стоит посвящать девушку, которую он узнал только вчера.
— Наши с Фергусом родители погибли чуть меньше года назад. Они похоронены здесь, в саду, — мужчина замолчал на долю секунды, а затем продолжил уже более расслабленно, подняв на меня глаза. — Особняк унаследовал братец, а я — общий издательский бизнес и ещё немного проблем. Такова была воля отца и матери.
— Мои соболезнования, — выдавила я, не зная, как вести себя после таких рассказов.
Мне показалось, что Вильгельм ещё не оправился после трагедии, но пытался тщательно это скрыть. Быть сильным тяжело. Его настроение снова поменялось на более шутливое. Удивительно, как быстро он переключался. Фергус был холодным и флегматичным, а Вильгельм за двадцать минут сменил уже десятую эмоцию. Есть в них хоть что-то похожее?
— Вы собираетесь выйти к завтраку в этом чудесном платье? Боюсь, бал уже закончился. Понимаю, что Вы, Виктория, жаждете продолжения…
— Ваше присутствие не даёт мне возможности привести себя в надлежащий вид, Вильгельм. У местной интеллигенции принято забалтывать леди по утрам? Простите, не знала о таких традициях.
— Для девушки из селения у Вас прекрасно подвешен язык. Прошу простить меня за такое фривольное поведение.
Извинения молодого человека звучали несерьёзно. Ещё немного и он бы прыснул от смеха. Вильгельм потёр небрежную щетину в попытках скрыть улыбку, но глаза, вокруг которых образовалось несколько едва заметных лучиков морщинок, предательски выдавали его.
— Где здесь находится кухня?
— Обеденная зона, — мягко поправил он. — Фергус предпочитает завтракать на свежем воздухе. Как будете готовы, спускайтесь на задний двор и поверните налево. Сразу увидите большой стол.
— Хорошо.
— Виктория, Вы так и не поблагодарили меня.
— За то, что донесли меня до комнаты в целости и сохранности, за воду или…
— За всё вместе.
Я почувствовала себя крайне неловко. Действительно, Вильгельм отнёсся ко мне с заботой, а я и слова доброго ему не сказала.
— Спасибо.
В ответ мужчина всё-таки рассмеялся и сразу же покинул комнату, оставив меня сидеть на кровати в растерянности. Я поняла одно — принимать так много алкоголя не стоит, даже если напиток кажется лёгким и освежающим. Сейчас же самое время пойти в душ и смыть с себя остатки вчерашнего вечера.
Я сняла помятое платье и прошла в личную ванную комнату, размеры которой были больше нашего с отцом домика. Мыться в таких интерьерах было слишком непривычно, но невероятно приятно. Удивительно, что даже ванную украшала фурнитура из тёмного ореха. Здесь было так же мрачно, но уютнее, чем в комнате. Мои банные процедуры обычно проходили на улице с ковшиком в руках и прогретой бочкой рядом.
Набрав горячей воды до краёв, я начала мыть тело душистым мылом. Оно пахло роскошью и парфюмом, который мог бы принадлежать какой-нибудь принцессе из далёкой страны. Я почувствовала, как расслабляется каждая мышца. Лёгкая пена нежно обволакивала кожу, щекоча её пузырьками.