Как и предполагал принц, смерть старшего брата не положила конец их ссорам с отцом. В сентябре король вновь прислал гонца в Андели с требованием отдать Аквитанию теперь уже младшему Джону. Генрих всегда открыто выделял того, ведь он с самого детства сына лично занимался его воспитанием и ни для кого не было секретом, что тот является его любимцем, ходили даже слухи, что именно Джона он хочет сделать своим наследником, отстранив от престола непокорных старших сыновей. Подобная наглость только сильней взбесила Ричарда, ответив категорическим отказом продолжили вести войну. Младшие братья принца Джеффри и Джон напали на Пуату, Ричард ответил вторжением в Бретань. Понимая, что силой ничего не добьется король велел Ричарду передать спорное государство матери. На этот раз непослушный сын согласился и подчинился. Хотя отец и сын помирились, доверия между ними по-прежнему не было, и отношения были крайне натянуты.
Со дня поединка с Уиллом прошло уже два года, Седрик, кроме того, что брат остался жив, больше ничего не знал о дальнейшей его судьбе.
Узнав, что в скором времени при дворе состоится турнир, Седрик ничуть не задумываясь, решил принять в нем участие, сказать, что он страстно обожал, подобные мероприятия было бы не совсем точно, просто для него это был простой и верный способ заработать. Ричард, узнав о его намерении недовольно скривился, в душе он был очень привязан к Седрику, и при мысли, что его неугомонный брат попытается там с ним вновь встретиться совсем не обрадовался. Не сказав в слух и слова, не мог же в самом деле отговаривать рыцаря от участия в турнире, он тем не менее серьезно задумался каким образом, чтобы не было слишком очевидным, помешать планам друга.
Прошло меньше года как в одном из боев с баронами погиб рыцарь Роберт Клайв, являвшийся близким и верным сторонником Ричарда. Седрик был очень дружен с Робертом и искренне переживал о его гибели. Уже после смерти друга он с удивлением узнал, вся семья у богатого лорда состояла оказывается из одной единственной сестры. Запоздало, раскаиваясь сожалел, что, не желая вспоминать о собственном брате, всегда стремился избегать разговоров на темы, касающиеся семейной жизни друга.
Вечером Ричард пригласил к себе Седрика и буквально с ходу ошарашил совершенно неожиданным поручением.
– Тебе необходимо немедленно отправиться в замок Клайв, прибыл гонец от леди Бренды, сестры Роберта, она просит о помощи.
– На ее замок напали?
– Можно сказать, собираются это сделать. Один из родственников слишком рьяно претендует на ее руку и замок.
– И?
– Ну, раз она просит защиты, надо полагать, выходить за него не желает.
– Жаль.
Ричард резко повернулся с видимым усилием, едва сдерживая смех, поинтересовался.
– Что именно тебе жаль?
– Что этот претендент не угодил даме. Для нее это был бы неплохой выход, много желающих будет на богатые земли, а тут все-таки родственник, рано или поздно ей все равно придется выйти замуж.
Принц от души расхохотался.
– У нее на этот счет другое мнение, я знаю Эдгара Клайв поэтому ей сочувствую. Представляю, как ты рад этому поручению знаю у тебя были другие планы – И в миг, став серьезным, с грустью в голосе продолжил – Надеюсь, помнишь, Роберт погиб, заслонив меня от стрелы, я обязан ему жизнью и перед его смертью обещал позаботиться о сестре. Думаешь, я могу не сдержать своего слова? Кроме того в мои обязанности входит заботиться о своих вассалах.
Жизнь рыцарей проходила в постоянных сражениях и было вполне естественно даже привычно, сражаясь бок о бок каждый из них и не раз спасал и сам был обязан своим спасением, но тем не менее суровые воины довольно трепетно относились к услугам подобного рода. Седрик в знак согласия кивнул головой.
– И что вы решили?
Ричард посмотрел на него долгим испытывающим взглядом:
– Ты же слышал, завтра же отправишься туда и от моего имени решишь вопрос так, чтобы интересы леди Бренды были полностью соблюдены.
Седрик уже на днях собирался ехать на турнир, и подобное поручение совсем не обрадовало, он старался никогда не пользоваться дружеским расположением Ричарда, и беспрекословно выполнял все приказы, но сейчас попытался возразить.
– Почему я?
Ричард с удивлением взметнул брови к верху, он не привык, чтобы ему противоречили, поэтому ответил довольно резким голосом:
– А почему нет? – Заметив искреннее огорчение на лице рыцаря, заговорил более мягким тоном – Роберт ведь был твоим другом, думаю, ты лучше всех справишься с решением этого вопроса.
Седрик заметно поскучнел и все же рискнул сделать еще одну попытку:
– У меня плохо, получается, разбираться в семейных вопросах, к тому же речь идет о незамужней леди.
Ричард, высоко подняв голову, разразился громким смехом, глядя на собеседника игривым взглядом, заметил:
