— Друзья, — подтвердил Долгорукий, подавая свою ладонь и помогая встать. — Те самые, предкам которых империя жизнью обязана. Ты же их хорошо встретишь?
До меня дошло не сразу. Мы уже достигли двери, когда я резко развернулась.
— Встречу? Все-таки я хозяйка в доме? Не твоя мать?
Князь заложил руки за спину, и вида не подал, что мой вопрос его обрадовал или, наоборот, расстроил. Безмятежный был, рассудительный.
— Ольга — ты моя жена. Мне очень жаль, что я позволил домашним относиться к тебе предвзято. С самого утра я переговорю с княгиней. Если готова взять на себя роль хозяйки, она твоя.
И вроде мне плевать, и забот добавится, а все равно удержать улыбку не могу. Будь Сергей непримиримым тираном, деспотом, он бы к моему мнению никогда бы не прислушался. А тут сам предложил.
— Готова, да, — эмоции в груди распирали. Я зачем-то повисла на его шее. — Спасибо.
Ощутила, как его рука скользнула на талии, подтянула поближе.
— Я очень рад.
В спальню я вернулась раскрасневшейся. Долго умывалась, пытаясь сбить цвет алого мака со своих щек. Не хочу, сопротивляюсь, а влечет меня что-то к князю, замирает сердце рядом с ним.
Я не радовалась этому факту, держалась настороженно. Да, он хорош собой, мил, обходителен, но в голове-то я помнила, как он сурово со мной поступал. Ревновал, угрожал, ругался.
—
И голос знакомый, ворчливый.
Я от неожиданности все вокруг себя перевернула. Духи, склянки с кремами — все посыпалось.
— Воланд, ты что ли? — казалось, что я ума лишилась. Сама с собой разговариваю.
—
Ох, кажется, рано я красноту сгоняла. Теперь больше лиловый оттенок приобрела.
— Не передумала. Он мне извинения принес, — оправдывалась за свое поведение. — Медитировать научил.
—
— Ты ругаться будешь, или как? — настырно переводила беседу в иное русло. — Как Василиса? Вы в лесу? Или уже на другом конце света?
—
Я медленно называла имена, молясь, чтобы никого не перепутать. И полагала, что парочка из феи и кота не ринется доставать их, пока я с Сергеем отношения налаживаю.
—
— Что-то не так? — я забеспокоилась.
—
— Мне кажется, или ты Василису на преступление подбиваешь?
Жаль, что Воланд моих глаз не видел. Я их прищурила, подозревая кота в чем-то криминальном и преступном. И догадка не была далека от правды.
—
И как бы я ни была против его заверений, в чем-то черный кот был прав. Времени у нас мало, а противник грозный, хитрый и изворотливый. Ежели я узнала про артефакт, ему эта информация ничего не стоит. Всего-то вселиться в старый род.
— Ладно, — согласилась. — Если наша фея не противится, пусть отправляется в поместья трех последних. Координаты нужно искать?
—
По-моему, они между собой что-то не поделили.
Всячески заверив Воланда, что завтра же разузнаю, где усадьбы названных родов, я легла в постель. Как назло, сон ко мне не шел, слишком распереживалась. В груди странное, мрачное чувство, ровно такое же, как и перед свадьбой.
Молилась, чтобы это не было предзнаменованием нового прорыва.
Заснула тревожным сном, ворочалась. Снились мне всякие рогатые и хвостатые.
А утром я ощутила настоящие изменения.
Во-первых, в кои-то веки меня разбудили вовремя. Горничная раскланялась передо мной, оповещая, что через час вся семья соберется, и князь меня ждет.