– Вот мы с твоим дедом поженились, потому что родители настояли. Вот прям настояли. Свели нас, сосватали и сказали, мол, женитесь. Ну мы и поженились. Молодые были, глупые. Но вот этого «стерпится-слюбится» не произошло. Не стерпелись, не слюбились. Да, нарожали детей, да, кое-как вырастили вместе и, как только дети из гнезда упорхнули, разбежались. И вот уже сколько лет живём порознь. А, возможно, не послушай мы родителей, были бы сейчас счастливыми людьми.
– А ты разве несчастлив?
– В семейной жизни? Конечно, нет. Да, у меня прекрасные дети, внуки, я их люблю. Но ты же сам видишь, что даже с вами у меня контакта нет. Не говоря уже о муже.
Паренёк всё же допил компот и поднялся, чтоб немного пройтись, растрясти мысли.
– Просто подумай над этим, сам всё взвесь. И слушай себя. Не надо пытаться играть в благородство. Есть такие вещи, с которыми это не срабатывает.
– Я понял, дедуль, спасибо, – юноша обошёл стол и крепко обнял деда. – Я поговорю с ним сегодня, когда приедет. Не хочу, чтоб он строил ложные надежды.
– Вот это правильно, внучок, вот это уважаю.
***
Алек решил отложить разговор на самый вечер и подсел к мужчине уже после ужина, когда тот немного отдохнул после очередного выматывающего дня.
– Я хочу с тобой кое о чём поговорить, – начал тихонько и очень неуверенно. Он вроде и заготовил даже небольшую речь, но все эти придуманные заранее фразы вдруг показались очень глупыми и неубедительными.
– Да, давай. О чём? – по Виславу было видно, что он устал и не очень расположен к разговорам, но и паренёк не мог больше вынашивать эти мысли, которые копились в нём почти две недели и проедали голову изнутри.
– Я хотел сказать про поездку в Польшу. Вообще про всю эту идею с переездом и всем прочим. Я хотел сказать, что не хочу никуда ехать…
– Хочешь, чтобы мы остались тут?
– Нет, ты не так понял. Вообще не хочу с тобой. В том плане, что… – Алек не мог подобрать слова и чувствовал, как всё сказанное выходит очень несуразным и каким-то неправдоподобным. – В том плане, что я тебя не люблю и сомневаюсь, что вообще смогу тебя полюбить, – выпалил на одном дыхании, будто сорвал пластырь.
Поляк выслушал всё и коротко кивнул. Лицо его не изменилось, но тишина стала такой тяжёлой, что захотелось поскорее уйти отсюда и закончить этот неприятный разговор.
– Ви, я не хотел…
– Не нужно, ангел. Тебе не за что извиняться или оправдываться. Прости, я сейчас сам не свой, не могу нормально ответить. Но я тебя понял, услышал. Пойду, наверное, лучше спать. Завтра надо разобраться с документами, решить все вопросы.
Алек прикусил губу, чувствуя, что сделал только хуже своими словами.
– Там на втором этаже кровать заправлена, можешь туда пойти.
– А ты?
– А я в другой комнате
– Сколько у вас тут комнат вообще?
– Достаточно. Вико сегодня уехал к родителям, так что можешь там спокойно устроиться.
Мужчина тяжело поднялся и ушёл на второй этаж, а паренёк вышел во двор. Ему хотелось прогуляться перед сном, подумать обо всём, что за это время произошло. Вдруг он где-то неправильно поступил? Вдруг принял слишком поспешное решение? Ошибиться всегда было страшно, тем более сейчас, когда на кону стояла его дальнейшая жизнь.
Что можно сказать? После тех событий прошёл уже месяц, и лето было на исходе. Вислав за это время так и не съездил в Польшу, постоянно перенося бронь билетов, а в итоге и вовсе отменив её. Закончил с документами и переправил прах брата домой. На семейном совете было решено его сначала кремировать, и уже тогда отправить в Польшу, чтоб захоронить.
Когда мужчина закончил с упаковкой урны и подписал договор с почтовой компанией о её доставке, вернулся домой и, не выдержав, напился. Алкоголь обманчиво позволил отпустить все мысли и накопившуюся внутри боль, и Вислав сам не заметил, как ушёл в запой. В чувство его привёл Алек, который заехал к нему уточнить, всё ли в порядке, потому что поляк игнорировал все звонки и сообщения.
Юноша почти с боем выкинул весь алкоголь, навëл порядок и силком вытащил мужчину на улицу, на свежий воздух.
– Очнись! – призывал он альфу, бурно жестикулируя, пока тот сидел на лавочке, обхватив голову руками. – Жизнь не останавливается! Нельзя так просто взять и спиться, понимаешь? Алло, Ви, у тебя сын. Ты помнишь, что ты ему обещал? Что ты обещал Яше?
– Что приеду к нему.
– Приехал?
Вислав промолчал.
– Отвечай мне.
– Нет.
– Вот именно! Иво больше нет. Но это не значит, что ты должен следом себя в могилу загнать.
– Я не могу приехать к нему таким, понимаешь? Не могу. Как побитая собака какая-то. Я не справляюсь с этим, мне нужно прийти в себя. Родители тоже хороши. Нет, я понимаю, что им тоже тяжело, но у нас скандал за скандалом.
Вислав не хотел прямо говорить, что он чувствует себя безумно одиноким, не хотел давить на Алека, который уже чётко решил, что не поедет с ним
– А младший брат?
– Мы с ним никогда особо близко не общались.
Паренёк постоял, пиная носком кроссовка бордюр, а после подошёл к мужчине, встав между его коленей.
– Ви, посмотри на меня.
