– Нет. Мне просто нравится. Нравится красть.
– Что еще?
– Ну, дед у меня был. Алкаш. Всех достал. Один раз допился, его рвать начало с кровью. Испугался, клянчил, чтоб я «Скорую» вызвала. А я его мобильник об стену разбила. И городскому аппарату шнур оборвала. Он орал, но в соседних квартирах привыкли. Не реагировали.
– Алла, вы серьезно?
– Абсолютно.
– И вы не боитесь делать подобное признание на всю страну?
– Не-а. Мать мне только спасибо сказала. И соседи обрадовались.
Ведущая обернулась к мужчине:
– Что скажете, Анатолий?
Тот пожал плечами:
– По крайней мере честно.
– И вы по-прежнему хотите жениться на Алле?
– А что она такого уж страшного сделала? Я тоже однажды из магазина вискарь вынес, – хмыкнул мужчина. – На спор.
– Но ваша подруга фактически призналась в убийстве.
– Неоказание помощи – еще не убийство. К тому же ее дед на весь Новосибирск был известный – а город у нас, между прочим, миллионник. Про него в местной газете писали. Редкостный садист. Всю их семью терроризировал. Бил жену, дочь, внучку. Крушил мебель. Алла сделала то, что должна была.
– Смотрите, – усмехнулась ведущая. – Однажды вам тоже станет плохо. А жена откажется вызвать врачей и отберет у вас сотовый телефон. Ладно. Расскажите теперь о себе.
– Абортов я не делал. (Смех в студии.) Если кого на машине царапал – гаишников честно ждал. Про вискарь уже признался. Даже не знаю, что ещё рассказать.
– Боюсь, вы меня не убедили. – В голосе ведущей зазвучали драматичные нотки.
– Ну, еще у меня невеста была, – повторил вчерашнюю историю Анатолий. – Нормальная девка. Мы ребеночка ждали, собирались заявление подавать. Она список гостей составляла на свадьбу, а я однажды вышел из дома – просто за пивом. И не вернулся.
– Почему?
– Сам не знаю. Просто понял, что не выдержу каждый день ее видеть. Спать с ней. Стареть рядом.
– Просто исчезли? И вещей своих не забрали? – В голосе ведущей зазвучало лукавство.
– За чемоданом потом пришел. Когда она на работе была.
– Это все?
– Да.
– А насчет кредита что скажете?
На бесстрастное чело мужчины легла смутная тень. Он пробормотал:
– Что там, такой уж большой кредит? Всего пол-лимона.
– Но ваша невеста до сих пор его выплачивает. Могли бы хоть погасить, прежде чем уходить.
– Да она его сама взяла! – возмутился Анатолий.
Но его реплику заглушили музыка и громкий голос ведущей:
– В нашей студии – та самая покинутая невеста. Встречаем! Людмила Петельская!
– Сейчас она его в клочья порвет, – злорадно предрекла Митрофанова.
Однако женщина, которая явилась на подиум, совсем не походила на фурию. И вообще выглядела странной, заторможенной. Застывшее в зловещем оскале лицо. Неуверенные движения.
Аллу будто не видела – сфокусировала взгляд на бывшем возлюбленном. Медленно прошла к нему. Села рядом – тот попытался отодвинуться, но оказалось – некуда. Положила голову ему на плечо. И всхлипнула.
– Людмила, приветствуем вас! – попыталась взбодрить ее ведущая.
Но женщина даже не обернулась в ее сторону. Взяла в свои ладони голову Анатолия (вырываться тот не стал). Смотрела ему глаза в глаза. Монотонно повторяла:
– Ты бросил меня. А я тебя так любила. Ох, как я тебя любила!
Молоденькая девушка из редакторской группы смахнула слезу.
– Почему он ушел от вас? – набросилась на покинутую невесту ведущая.
– Он красавец, – грустно проговорила Людмила. – Я серая мышка. Разве мы можем быть парой?
– На мой вкус, вы вполне симпатичная, – снисходительно похвалила теледива.
А пожилой физкультурник Николай вдруг выкрикнул:
– С лица воду не пить!
Его спутница Василиса гневно сдвинула брови, но промолчала.
– Люда! – Анатолий решительно взял руку женщины, прижал к губам. – Твоя внешность здесь ни при чем. Я банально принял привычку за любовь. Я дурак.
– Я тебя застрелить хотела, – задумчиво улыбнулась она. – Или отравить. А потом… потом решила, что достаточно будет просто прийти сюда и посмотреть тебе в глаза. Хороший план, правда?
И демонически, гордо расхохоталась – будто предложила нечто совсем удивительное.
Придвинулась близко-близко к лицу мужчины, взяла его голову в свои руки. Держала. Покачивалась. Молчала.
– Она, по-моему, наркоманка, – прошептала Надя.
– Люда, что стало с вашим ребенком? – продолжала нагнетать драматизм ведущая.
– Я убила его, – равнодушно ответила женщина. – Зачем мне ребенок, если нет Толи? Мне и собственная жизнь не нужна.
– Сумасшедшая? – тревожно спросила Надя.
Петельская тяжело поднялась. Прошлась по подиуму. Обернулась к зрителям, произнесла:
– Мне сейчас очень тяжело. Я потеряла любовь. Я потеряла смысл жизни. Я потеряла все.
Возвысила голос:
– Но и вас всех не ждет миллион алых роз. Не бывает так: одни в пропасти, другие на коне. Жизнь всем воздает по заслугам!
– Анатолий очень быстро нашел вам замену, – сладким голоском молвила телекрасотка.
– Я не завидую его даме сердца, – отрезала Людмила.
– Почему?
– Скоро она узнает. Скоро вы все узнаете!
Петельская вскинула руки в триумфальном жесте. Потом три раза хлопнула в полной тишине в ладоши. Тихо сказала:
– Браво! Мне – браво!
И почти строевым шагом покинула сцену.
«Снято», – раздался недовольный голос из аппаратной.
